Улыбающийся Скол снова поглядел на Нимандера: — Не подавай голоса. Мне придется тяжко потрудиться.

Нимандер потер лицо. Он чувствовал себя онемевшим и отупевшим от усталости. Отошел, сел на валун. С уступов берега наползал мох, уже покрывший всё — гнилые стволы, торчащие к небу корни, упавшие камни. Ночной воздух лип к нему, холодный и густой, пробирался в кости, сжимался вокруг сердца. Он слышал, как прибой лепечет, булькает и журчит между камней. От песка поднимался запах гнили, с моря несло солью.

Он чувствовал, как леденеют касающиеся валуна руки.

Скол вращал цепочку, и кольца, золотое и серебряное, крутились в противоположных направлениях. Остальное его тело застыло.

Скиньтик сел позади Нимандера. Глаза встретились, Скиньтик пожал плечами, безмолвно задавая вопрос; Нимандер ответил легким покачиванием головы.

Он — то думал, что остается еще несколько дней. Для обдумывания. Как. Когда. Что делать, если не получится. Тактика. План отступления. Столь многое еще нужно решить, но ему ни с кем нельзя говорить, нельзя даже намеком выдать замыслы. Скол слишком близко от них, он вроде бы подозревает, вроде бы намеренно мешает Нимандеру открыть рот.

Столь многое нужно им сказать; столь многое он хотел бы услышать в ответ. Споры, аргументы, взвешивание рисков и последствий. Координация. Всё это требует лидера, но неспособность ясно высказать свои намерения, отдать четкие приказы, завершая дискуссию, делает его совершенно бесполезным.

Самим своим присутствием Скол связал Нимандеру руки.

В игре сдержек и противовесов он перехитрил Нимандера, и это чревато… Когда взаимный обман окончится, наступит сумятица, и в этом хаосе у Скола будет преимущество. В конце концов, ему не надо ни о ком заботиться.

Нет, Нимандеру придется действовать одному, веря, что остальные помогут.

Он понимал: все следят за ним, ловят каждое выражение лица, ждут безмолвных посланий, намеков… а значит, ему приходится сдерживаться. Нужно не выразить на лице ничего, иначе кто-то неправильно его поймет и совершит роковую ошибку. Груз вины утянет его на дно.

Что-то с шумом поднялось из черной воды. Вертикальный отрезок тьмы, края его колышутся и быстро тают.

— За мной, — пропыхтел Скол. — Быстрее!

Нимандер вскочил и дернул за рукав Скиньтика, шепнув: — Я иду первым. — Увидел, что Скол уже пропал во Вратах, и бросился вдогонку.

Однако Ненанда достиг портала раньше, на бегу выхватывая меч.

Вполголоса выругавшись, Нимандер рванулся за ним.

Врата рушились. Кто-то завопил за спиной.

Нимандер поскользнулся на неровных камнях; его почти ослепили светящиеся полосы, расползавшиеся по сторонам словно порванная паутина. Он расслышал хрип под ногами и тут же наткнулся на что-то, лежащее на камнях. Оно застонало.

Нимандер присел и нащупал тело. Ощутил, как в ладонь ударил горячий фонтанчик — это рана, поток крови… — Ненанда?

Еще один хриплый вздох. Затем: — Прости, Мандер. Я увидел… он тянется за кинжалом… когда ступил внутрь… я увидел… знал, он знал, что ты идешь за ним…

Откуда-то спереди раздался гулкий смех. — Идиотом меня вообразил, Нимандер? Как жаль, что лежишь не ты. Лучше бы ты. Но теперь на твоем горбу повисла еще одна смерть.

Нимандер раскрывал глаза, но ничего не видел. — Мы еще нужны тебе!

— Может быть, но держать вас рядом слишком опасно. Увидев гадюку, я не приглашаю ее заползти в карман. Так что блуждай здесь… вечно. Думаю, ты не найдешь отличий от жизни, которую вел раньше.

— Бог внутри тебя, — крикнул Нимандер, — глуп. Мой Владыка разрубит его и тебя с ним, Скол. Ты его не знаешь. Ты вообще ничего не знаешь!

Новый взрыв смеха, уже с большего расстояния.

Нимандер тылом ладони стер слезы с глаз. Биение крови под рукой затихало.

«Слишком много поражений. Слишком много неудач.

Душе дарована чаша с мужеством. Она не пополняется. Каждый раз, черпая из чаши, мы опустошаем ее.

Сколько у меня осталось?»

Сколько бы ни было, пришло время выпить чашу до дна. Последний раз.

Нимандер выпрямился.

— Десра? Скинь? Кто-нибудь!

Ответом послужило лишь эхо.

Он вытащил меч и двинулся в направлении презрительного смеха.

Он не натыкался на стены, не чувствовал потоков воздуха. Складки камня под ногами шли неровными волнами, заставляя спотыкаться; один раз он упал на колено, почувствовав пронизывающую боль.