– Неужто бабы не мог найти? – через силу усмехнулась Лера. – Как же ты без этого дела? Так и заболеть можно…

– Нашел одну… но она больно вредная, злая… того и гляди спалит из бластера!

– Я все, все слышу! – послышался злорадный голос из коммуникатора. – Слышу, как ты меня позоришь! Ничего, тело получу, задам тебе вредную!

– Это кто? – подняла брови Лера.

– Вот она и есть – эта самая баба!

– Какая такая баба?! – послышался возмущенный голос. – Не баба, а девушка-красавица! Вы, мужики, все-таки мужланы и грубияны! Никакого понятия о политесе!

– Слово-то откуда такое узнала? – усмехнулся Слава. – Выговорить смогла? Это, Лера, злостный и вредный мозг звездного крейсера «Соргам» – кстати, переименовать его надо бы. Но только не крейсер «Натаха», это точно. И вообще – какого черта ты подслушиваешь, негодяйка? Мало ли чем я тут со своей девушкой занимаюсь?

– И что? Я чего-то новое узнаю об отношениях мужчины и женщины? Да того, что ты знаешь о сексе, меньше, чем того, что я уже забыла о нем! Тебе еще поучиться у меня надо! И я что, должна была пропустить такое жалостливое представление – воссоединение двух влюбленных?! Страсть как люблю жалостливые фильмецы – меня всегда на слезу прошибает! Поплачу – и так хорошо делается…

– Тьфу! Видела?! – Вот какой у нас звездолет! Подслушивающий и подглядывающий!

– Жаль, подглядеть не смогла, – разочарованно протянула Наташа, – а чего вы там сейчас делаете? Можете описать словами? Ты ее где-то там трогаешь? Целуешь? Ну не молчи, расскажи!

– Мне кажется, мы с ней подружимся, – слабо усмехнулась Лера, – она похожа на мою подружку Нинку – такая боевитая девка… Меня все время обзывала рохлей за то, что я не могла свободно общаться с парнями и тискаться под лестницей. Но за меня глотку порвала бы. Привет, Наташ!

– Привет, милая! Вставай скорее – полетаем, обсудим этих тупых мужчин, поболтаем о своем, девичьем! Жду тебя! Ладно… оставлю вас наедине… может быть. Хе-хе… отключаюсь.

Слава аккуратно поднял Леру и понес в свою комнату. Девушка была легкая, как перышко, только слабо шевелилась, цепляясь за шею парня. Для Славы она была не тяжелее ребенка. Он уже практически набрал прежнюю форму – если не считать отсутствия жира.

Вячеслав положил подругу на лежанку, потом разделся, чтобы окончательно не намочить одежду, и снова, взяв ее на руки, встал под струю воды, бьющую из стены. Вымыв Леру как следует, он вытер ее досуха, накрыл одеялом и принялся массировать руки, ноги, возвращая членам чувствительность. Лера стонала – все зудело, болело. Слава по себе знал, как все это мучительно, но продолжал ее безжалостно гладить и проминать.

Пока он занимался лечебным массажем, в пещере уже появилось несколько керкаров, которые расставили на столике бульон, перетертое мясо, какой-то сок в большом кувшине. Слава взял ложечку, приподнял голову подруги и стал медленно, осторожно вливать в нее питательную кашицу. Выздоровление Леры началось.

Увы, ее выздоровление оказалось делом трудным и долгим. Через неделю землянка стала вставать и с трудом ходить при поддержке друга, еще через неделю – начала передвигаться сама, не падая на пол и не теряя сознание.

Слава с усмешкой вспоминал фильмы, в которых главный герой после комы, в которой пролежал лет двадцать, бодро вставал и начинал крошить врагов. Даже при повышенной в разы регенерации, при сильном организме ему требовались недели, чтобы войти в строй после шестилетнего бездействия. Если бы бездействие тела продолжалось не годы, а десятилетия – кто знает, может, возврат в мир в прежнем теле вообще оказался бы невозможен? Слава иногда задумывался об этом и благодарил судьбу за то, что все обошлось.

Лера вначале очень стеснялась Славы и даже требовала, чтобы ее обслуживали керкары – все-таки чужие, негуманоидные существа, их она не стеснялась. Слава не протестовал, понимая естественную женскую стыдливость. Но потом все наладилось, и девушка кое-как смогла себя обслуживать.

Спали они вместе, прижавшись друг к другу. Лера цеплялась в Славу так, как будто боялась, что он сейчас куда-нибудь исчезнет и снова оставит ее одну. Она призналась, что период, когда он ушел, оставив ее в Купели, был самым ужасным в ее жизни, даже хуже, чем тот период, когда ее мучили, насиловали и пытали. Остаться одной в негуманоидном обществе, без надежды и поддержки родной души, – что может быть хуже? А вместе можно было перенести любые испытания.

Как и ожидалось, Лера и Наташа сильно подружились, время от времени они разговаривали через коммуникатор и замолкали, когда Слава подходил ближе. Вначале это злило – похоже, что обсуждали его стати и всякие там интимные штучки, но потом по размышлении он махнул на это рукой – пусть болтают! Бабы есть бабы – обсудить новости, рассказать сплетни, поделиться историями из своей жизни – без этого они не могут. Впрочем, мужики тоже мало чем отличаются в этом смысле от баб – те же сплетни и разговоры ни о чем. Видимо, без этого никак нельзя обойтись. Слава оказался немного другим – сплетничать в своей жизни ему особенно-то было и не с кем, только если с книжками, а их он перечитал огромное количество.