Она, смеясь, обняла меня.

— А я собирался произвести Дугана в рыцари… Где же настоящий Дуган?

— Полагаю, мирно спит в своей постели!

Я улегся спать на рассвете, а проснулся после обеда. Звякнула посуда, и я открыл глаза.

У стола посредине комнаты Грета, расставляла блюда, накрытые крышками.

Моя курносая подруга была в новом синем бархатном платье с широкими рукавами и разрезами, с белоснежным воротником. Вместо чепца ее волосы уложены в сетку. На шее жемчужные нитки. Никто бы сейчас не принял девушку за шлюху. Молодая аристократка, придворная дама…

Она попробовала что-то, взяв рукой с блюда, и облизнула испачканный пальчик.

— Грета!

Она обернулась на мой голос и приблизилась с улыбкой.

Перед постелью она присела в поклоне.

— Ваше величество уже выспались?

— Я просил называть меня по имени. Ты скучала по мне?

— Очень…

— Я всю неделю думал только о тебе. Тебя здесь хорошо приняли?

— Ее светлость очень любезна со мной. Она милая и добрая…

— Присядь…

Грета села на краешек постели, скромно сложив руки на коленях.

Мы смотрели в глаза друг другу и улыбались.

Я сел на постели и мы оказались лицом к лицу.

Я смотрел в голубые чистые глаза Греты и на языке вертелось заклинание истинной правды.

Что там в этой головке, за чистым гладким лбом? Что за мысли и намеренья?

Но, подавив этот порыв, я обнял девушку и поцеловал в губы нежно, но со всем пылом после недельной разлуки… Голубые глаза закрылись…

Я ласкал Грету, торопливо раздевая ее. Она, послушно-покорная в моих руках, помогала освободиться от своего нового платья.

Девочка благодарна мне и боится меня. Она сделает все, что я захочу, но я хотел для себя хоть капельку чувства, не за то, что я король, и не в благодарность, а просто немного любви для Грегори, горца из Холлилох…

Наконец оболочка снята и жемчужина обнажена. На Грете осталась только сетка на волосах и шнурок с талисманом на шее. Я залюбовался ею. Юная, свежая женщина в соблазнительной наготе была передо мной. Она так же улыбалась, но чуть напряженно. Видимо, не понимала моего внезапно возникшего промедления….

Блаженно улыбаясь, я лежал на спине, а Грета нежно, короткими поцелуями ласкала мою шею, плечи, грудь,…опускаясь ниже…

Но продолжить игры нам бесцеремонно не позволили.

В дверь постучали дважды.

Не дожидаясь приглашения, вошла герцогиня.

Окинув взглядом наши обнаженные тела, она улыбнулась.

— Прошу прощения, государь, но ваше присутствие необходимо на военном совете. Все собрались и ждут только вас.

— Весьма лестно, что вы сами пришли об этом мне сказать, герцогиня!

Я сел во главе стола, окинув взглядом знакомые лица.

Комната эта, судя по всему, была кабинетом покойного герцога.

Богатое оружие на стенах вперемежку с портретами высокомерных мужчин в доспехах.

Габриель сидела по правую руку. Рядом капитан Гризелл.

По левую руку — Жасс, Фостер и капитан Гринвуд.

— Герцогиня, уважаемые сьерры, прошу высказаться о существующем положении!

Положение было сложным, но не безвыходным. Но время не работало на нас.

Лонгфорд с севера блокирован конными отрядами Руперта численностью около двадцати тысяч. С запада вдоль берега Дача замечены только небольшие конные отряды противника.

На юг вдоль Дойла противник не замечен. Герцогиня ждала оттуда подхода подкреплений во главе с бароном Корки.

Конфланские наемники по–прежнему сидели в Суффолке и вокруг него. Руперт нанял их, но, высадившись в порту Суффолка, они взяли город и окрестности под свой контроль и дальше не двинулись. По данным Фостера отряд наемников насчитывал около пяти тысяч пехоты под командой графа Морана.

Отряды бастарда Финнея численностью три–четыре тысячи пеших и конных воинов на северо–западе Лонгшира захватили городок Лонгдерри.

— Бастард добивается встречи с вашим величеством! — Фостер многозначительно посмотрел на меня.

Наши силы в Лонгфорде составляли шесть ослабленных боями реджиментов пехоты и конницы, в сумме около четырех тысяч воинов.

За две недели я потерял половину армии. Тысячу я потерял в бою с наемниками князя Фрусберга. Тысячу потерял Жасс в бою за укрепленный лагерь. О реджименте Макгайла и гарнизоне Сэвижда ничего не известно. Смогли ли они пробиться на север?

У герцогини в городе три тысячи гвардейцев.