Шрифт:
Габриель с улыбкой подняла к плечу раскрытую ладонь, и сильфида уселась на нее, свесив ножки.
Глава 8
Через три дня передовые части моей армии спустились с плоскогорья туманов. Я прожил эти три дня в лагере своей конницы у городка Балластер. Находиться рядом с Габриель было теперь выше моих сил… Хэрри Эльсинер уехал на юг вместе с бароном Корки.
Бароны поклялись герцогине привести через две недели подкрепления, подняв всех своих вассалов.
Я ничего не ел и почти не пил. Валялся в своей палатке на походной кровати, снедаемый попеременно то тоской, то злобой.
Габриель меня обманула и предала… Движимая только чувством мести, она отдала душу и сердце сильфиде… Она получила магическое могущество, она утоляет свою жажду мести и счастлива…
Для меня Габриель потеряна навсегда… Она считай что умерла… для меня, для других людей… Сильфида выпьет ее душу, как селянка сырое куриное яйцо — досуха!
Жизнь потускнела и утратила краски. Серым было небо и серыми лица людей.
Голос Сью печально прозвучал в памяти:
…Только никогда, мой брат–чародей
Ты не найдешь себе королеву
А я не найду себе короля…
Ты права, сестра моя, я лишился тебя и мне найти королеву… Женщины, что затронули мое сердце, покинули меня, одна за другой… Я один и свободен как ветер… Я один и плачу по несбывшимся мечтам… Я один и путь мой во мраке таится…
Только Гвен, явившийся с известием о появлении отрядов Жасса, встряхнул меня и заставил немного прийти в себя.
— Дружище, я несказанно рад тебе!
Жасс тревожно вгляделся в мое лицо. У него самого обветренное и загорелое лицо.
— Вы нездоровы, Грегори?
— Я избавился от еще одной иллюзии, и я выздоравливаю…
— Что-то с Габриель?
— Она умерла, мой друг… Ее больше нет…
— Умерла?!
Я привел Семюэля в палатку и откровенно рассказал обо всем. Пажи принесли обед и вино. Я сделал большой глоток красного лонгширского. И понеслось….
К вечеру я был пьян так, как никогда не был пьян в жизни. Я расплакался на груди своего друга. Это было сладкое облегчение…
Голова моя словно вращалась по кругу и готова была оторваться в любой момент. Я придержал ее слабой рукой. Но главное — боль в груди исчезла… Облик Габриель затуманился, и восхитительное равнодушие опрокинуло меня в пьяный омут без снов и печалей…
….Похмелье было ужасом, который не мог закончиться… Боль в голове, словно армия крохотных гномов настойчиво кирками взламывало мой бедный череп изнутри…
При попытке встать, я выблевал свой ужин прямо у постели.
Вокруг поднялась суета.
Явился лекарь Каллум, приведенный испуганным Гвеном, и озабоченно мял мою печень… Я слабо отбивался…
Хотелось умереть… Здесь и сразу…
Ужас еще и в том, что я не мог себя излечить.
Содержимое желудка иссякло, и я блевал своей желчью…
Фостер насильно влил в меня бокал вина. Я его тоже выблевал…
Но второй бокал остался на месте и принес облегчение. Желудок начал успокаиваться, а голова несколько прояснилась.
Постепенно я приходил в норму и задремал.
Проснулся я окончательно в обед и совершенно здоровым, но ослабленным.
Вечером за ужином я провел совет со своими офицерами.
Кроме Жасса, Гвена, Гринвуда я пригласил командиров всех реджиментов.
Бокалы были наполнены вином, но блюда с едой еще не поданы.
— Сьеры! Мы с вами в Лонгшире, и герцогиня наш союзник. Ее люди окажут нам всевозможную помощь. В Лонгшир движется армия короля Руперта. Единственный сухопутный путь к Лонгфорду ведет вдоль долины реки Дойл.
Там в теснине у замка Сэвидж мы встретим противника. Часть бомбард мы разместим в замке и возьмем под контроль и сам Дойл и долину. Уэсли, выезжай завтра поутру и сразу определись в замке с количеством бомбард и их позициями. С тобой отправится рота арбалетчиков Макнилла. Я полагаю, бароны южного Лонгшира окажут нам вооруженную помощь. И с юга опасности нет. Бастард Финней находится где-то на северо–западе в лесах западного побережья. Точных сведений о нем не имеется. Займись этим, Фостер.
Завтра всю пехоту и конницу по мостам через Лонгфорд мы переведем на восточный берег Дача и устроим там укрепленный лагерь.
— Почему же не идти сразу к замку Сэвидж, государь?
— Все может измениться, Гринвуд и, сосредоточив армию под Лысой горой, мы рискуем сами себе устроить ловушку.
— Не лучше ли разместить армию в городе, государь? И тогда не нужен укрепленный лагерь.
— Создав укрепленный лагерь на восточном берегу, мы прикрываем как мост через Дач, так и северное направление, и у нас останется возможность отступить за Дач и разрушить мост за собой.