Тут вмешался молчавший прежде Ваастан:

–  Если у господина деньги лишние, незачем их мужичью бросать. Я не хуже проводить смогу.

–  Знаешь здешние места?

–  Места-то не очень… Зато мне известен один секрет…

Ваастан замолчал. Кринаш наполнил кружку, подтолкнул по столу к наемнику. Тот кивнул, шумно выпил и солидно продолжил:

–  Лет шесть назад пил я с одним Подгорным Охотником. Хорошо погуляли, весь кабак вокруг нас вертелся. Как следует развеселились и начали в «радугу» играть. И так мне удача подвалила! Вытряхнул я Охотника дочиста. Всю свою роскошную шкурку он на пол к моим сапогам сбросил! А потом заявил, что если я поставлю на кон весь его проигрыш, он в ответ поставит одну тайну. Ну, я ему говорю, что в Подгорный Мир не суюсь. Тамошние секреты мне нужны, как гусю подковы. А он начал уверять, что тайна очень даже здешняя, силуранская… а кабак тот стоял на проезжей дороге между Фатимиром и Яргимиром, тогда еще Яргимир Силурану принадлежал…

–  Знаем-знаем-знаем!
– Ингила приплясывала от нетерпения.
– Про тайну давай, интересно же!

Ваастан неодобрительно покосился на легкомысленную девчонку, бросил взгляд в опустевшую кружку, огорченно крякнул и продолжал:

–  Проиграл Охотник - и рассказал мне про один замок… как раз в здешних краях он и находится. Называется - Замок Трех Ручьев…

–  Есть такой, - кивнул Кринаш.
– Не то чтоб совсем рядом, но есть. Там властителем - Сын Клана Спрута.

–  Да ну?
– изумился Ралидж.
– Что Спруту делать в вашей чащобе? Три ручья - это вроде бы мелковато для Морского Клана…

–  Предку нынешнего Спрута подарил этот замок Гайгир, - разъяснил хозяин - Изгнанники тогда не разбирались - Морские Кланы, не Морские… есть где осесть, так и ладно!

Ваастан, недовольный тем, что его перебили, выдержал многозначительную паузу и продолжил:

–  Охотник сказал, что на заднем дворе, за хозяйственными постройками, есть место, куда не забредают слуги: им это просто незачем. И хвала Безликим, что не забредают, потому что проходит там складка Подгорного Мира. Такая узенькая, что и Ворот не нужно. Просто шагнул - и в Подгорном Мире очутился. Еще несколько шагов сделал - и опять в Мире Людей… Да только не в Замке Трех Ручьев, в чем и штука! Окажешься в лесу неподалеку от Джангаша!

–  И ты пробовал?
– недоверчиво протянул Айфер.

–  Пробовал!
– отрезал Ваастан так твердо и спокойно, что никто не усомнился в его искренности.

–  Вей-о!
– восхитился Орешек.
– Вот спасибо! Это сколько ж мы времени сбережем!

–  Ну, друг, ты меня просто спас!
– воскликнул Пилигрим.

–  И меня!
– с чувством выдохнула Фаури.

–  И нас-нас-нас возьмите!
– взмолилась Ингила.
– По этим деревням ничегошеньки не заработаешь! Пока до ближайшего города дотащимся - с голоду помрем! Пожалейте маленькую актрису и ее талантливых друзей!

–  Ну, вам, циркачам, спешить некуда!
– буркнул Челивис.
– Только представьте себе картину: является в замок наша развеселая пестрая компания, просится на ночлег, потом зачем-то всей оравой прется на задний двор - и дружно исчезает!

–  Правильно!
– ледяным тоном отчеканил Сокол.
– А чтоб орава была поменьше, ты, почтеннейший, с нами не пойдешь. Оставайся тут зимовать, матросов в «радугу» обыгрывать…

То ли подействовал грозный голос Сына Клана, то ли сыграло свою роль многозначительное упоминание о «радуге», но Челивис присмирел и скромно попросил взять и его с собой

–  А ты, почтенный Аншасти?
– спросил Сокол через головы собеседников.

–  Куда уж мне от товаров!
– несчастным голосом откликнулся купец.
– Зимовать так зимовать!

Все, кроме бедняги Аншасти и капитана, почувствовали Прилив бодрости. Радовались путники, перед которыми забрезжила надежда. Радовались хозяева, заполучившие гостей на всю зиму. Радовались матросы - вынужденная зимовка считалась продолжением плавания и неплохо оплачивалась. Радовались даже рабы, Молчун и Верзила, которые очень не любили скучные зимние месяцы на опустевшем постоялом дворе.

И вдруг веселый гомон рассекли холодные слова:

–  Хороший ты человек, Ваастан. Благородный человек. Широкая душа.

Все разом обернулись на голос постояльца, о котором успели забыть, потому что в день прибытия он заплатил за отдельную каморку и почти не выходил оттуда.

Тот, кого они прозвали Никто, стоял, прислонившись к перилам лестницы и скрестив руки на груди. Даже здесь, в помещении, на нем был неизменный плащ с наброшенным на голову капюшоном.

–  Ты ведь мог никому не говорить о складке, - сказал он невыразительно.
– Мог один отправиться в Замок Трех Ручьев - и быстро оказаться в столице. А ты тащишь за собой нас всех, целую толпу. Ну, спасибо тебе.

–  Я сначала так и хотел сделать, - отозвался Ваастан.
– А потом думаю: мы же все вместе дрались с троллями… вроде выходит - товарищи по оружию…

Ралидж с изумлением услышал в голосе наемника смущенные, чуть ли не виноватые нотки… но перед кем было извиняться Ваастану? Не перед этим же чучелом в капюшоне!

Но неловкая пауза смялась, потерялась в оживленном гвалте: Дагерта начала разносить миски с ужином.

За едой продолжалось веселое обсуждение планов. Решено было выйти в путь на рассвете.