Шрифт:
– Почему?
– испугалась Арлина.
– В моем доме время течет не так, как за стенами. Вы там побродите не спеша, поохотитесь, вернетесь - а она уже седая, дряхлая.
Аранша застыла в неловкой позе, прижав к груди глиняную крышку.
Волчица в смятении обернулась к Керумику.
– Очень может быть, - неохотно подтвердил тот.
– В каждой складке время бежит по-своему. Чаще всего разница невелика, но иногда - ого-го!
Арлина бросилась к наемнице, схватила за плечи, заглянула в глаза:
– Слушай меня! Клянусь детьми, клянусь мужем, клянусь Безликими! Я не уйду из Подгорного Мира, пока не спасу тебя! И я не умру, пока не спасу тебя! Слышишь, не умру! Ты верь, обязательно верь! Ты вернешься к мужу! И не старухой вернешься, я клянусь!
Бледная, без кровинки в лице, Аранша хотела что-то сказать, но не смогла - лишь кивнула, принимая клятву.
Волчица повернулась к Керумику и спросила свирепо, словно парень был в чем-то виноват:
– Ну, говори! С чего думаешь начать охоту? Тот задумался лишь на миг.
– Притворяшки сами не растят детенышей - подбрасывают в норы и логова к другим животным. Маленькое существо учится подражать чужой внешности - или погибает. К хищникам в берлогу мы, ясное дело, не сунемся. Есть в одной из ближних складок речка Тарахтелка - бежит по дну ущелья, камешками постукивает. Стены ущелья высокие, крутые. Там живут большими колониями Скальные Ползуны. Насколько помню, у них сейчас подрастают детишки. Ползуны нас не сожрут, когда мы с их потомством знакомиться полезем.
– Пошли! Скорее!
– Что «скорее»? Мы пока туда доберемся… Это же отсюда - несколько складок…
– Придумай что-нибудь, не то убью!..
– Не надо ничего придумывать, - вмешался хозяин.
– Выйдете отсюда и окажетесь на берегу этой самой Тарахтелки.
– Да?
– заинтересовался Керумик.
– Отсюда так много выходов?
– Выход один. Но он везде, во всех складках…
Арлина ничего не поняла, зато Керумик деловито кивнул и небрежно ухватил госпожу под локоток: идем, мол! Наемница хотела одернуть наглеца, но было поздно: Волчица и этот сомнительный тип исчезли в хитросплетении огненных вспышек.
* * *
Джилинер стиснул кулаки, увидев в резной деревянной раме край скалистого обрыва, заросший низкими разлапистыми деревьями, и двух путников, мужчину и женщину, осторожно пробирающихся меж стволов.
– Волчица! Опять Волчица! Поторопился я сбросить ее со счета!
Джилинер не бросал слова в никуда: он обращался к своему двойнику, что скрывался где-то в зеркальных слоях, терпеливо ожидая, когда можно будет всплыть наверх, показать свое лицо.
– Я-то думал - она теперь годится только с детишками возиться… а она… она…
На зеркальной глади рыжеватый парень что-то предупреждающе сказал своей спутнице и указал кончиком меча вверх, в полуоблетевшую крону. Волчица кивнула, достала из ножен меч и двинулась дальше, время от времени поглядывая наверх.
– Зачем ей понадобился Подгорный Мир? К какому Источнику Силы хочет она припасть? Как вступит в игру?.. Нет, с ней надо скорее покончить. Немедленно, сразу отправить в Подгорный Мир Второго… Впрочем, постой!
– воскликнул Ворон таким тоном, словно его двойник ринулся исполнять приказ.
– Может, не придется с ней возиться. Смотри!
Под ногами у путников засверкали искорки. Их стало больше, они слились в золотую змейку. Змейка быстро выросла - и вот уже дорогу людям пересекает светящаяся тропка.
Ожидая опасности сверху, путники почти не смотрели себе под ноги. Вот они шагнули на тропу из желтого света. Остановились. Помедлили. Вдруг лица их стали каменными, застывшими. Мужчина медленно повернулся и пошел по дорожке. Женщина последовала за ним - туда, где золотистая полоса, манившая их за собой, стекала вниз, за край пропасти.
20
Утреннее солнце сидело на гребне частокола и дерзко таращилось на пробуждающийся постоялый двор.
Спускаясь с крыльца, Орешек прикидывал: не зря ли он надел плащ? Тепло вроде…
Но возвращаться в дом не хотелось. Настроение было испорчено во время утреннего умывания. Дагерта, грех жаловаться, расстаралась: согрела большой таз воды, приготовила льняное расшитое полотенце (наверняка самое лучшее, из какого-нибудь заветного сундука вытащенное), сама с ковшом встала возле таза, готовая высокородному гостю на спинку полить. Высокородный гость с шуточками да улыбочками потащил через голову рубаху, но вдруг остановился, плеснул себе в физиономию пару пригоршней воды и поспешно покинул недоумевающую хозяйку.