Мысль об эмоциональной зависимости от крючка на вешалке вызывает у Джонса тревогу. Он надеется, что в нем самом не разовьются нежные чувства к неодушевленным предметам по месту работы.

– Так вот, значит, план, – говорит Фредди, угнездившись в своей клетушке. – На той неделе я подал заявление об инвалидности.

– А причина какая?

– Глупость.

– Глупость?

– Ты вдумайся. Разве я виноват, что родился дураком? Нет, я просто честный трудяга и делаю все, что в моих дурацких силах. А инвалидов увольнять нельзя, это факт.

– Ух ты! Круто.

– Спасибо. Видишь, тут просто ходы надо знать.

Джонсу хотелось бы для начала узнать цель и задачи компании, но с его компьютером что-то не так.

– Фредди, ты к сети подключиться можешь?

– Сейчас… А, нет.

– Вот черт!

Фредди медленно встает.

– Вендел… В день, когда его выперли, Элизабет послала ему по е-мейлу письмо, и оно к ней вернулось.

– Ну и?

– Так всегда делают перед тем, как тебя уволить. Закрывают твой ящик. Не дают тебе… – Фредди суматошно жестикулирует. – Был такой случай. Одному парню из пиара сказали про увольнение, а он пошел и показал, как его босс минет делает. Всей компании. То есть видео передал всей компании, – добавляет он в ответ на удивление Джонса. – На картинке их двое было.

– Ну слава богу.

– Суть в том, что его предупредили заранее. Про Вендела тогда я как-то и не подумал…

– По-твоему, нас попрут?

Фредди направляется к столу Меган, которая еще не пришла, и хватается за ее «мышь».

– Ну?

– То же самое. – Фредди перебегает в Западный Берлин и кричит через перегородку: – У них тоже не подключается!

– Значит, это в сети что-то.

– Нед. – Бледное лунообразное лицо Фредди возникает над Берлинской стеной. – Произошло неизбежное. Отдел сокращают.

Фредди не прав. По всему «Зефиру» люди безуспешно пытаются войти в локальную сеть. Они щелкают «мышками» и барабанят по клавишам. Отчаявшись, они набирают номер техподдержки, и звонки их несутся на девятнадцатый этаж, где ряды клетушек стоят пустые, безмолвные. Свет выключен. На стульях никто не сидит. На покинутых столах, так тщательно убранных, точно за ними и не работали никогда, звонят и звонят телефоны.

Элизабет отсутствует, Сидни беспокоить никто не осмеливается, поэтому командование берет на себя Роджер. Он посылает Фредди и Джонса в ответственную экспедицию – выяснить, вырубилась ли сеть во всем здании (хорошо бы) или только в отделе продаж (хуже некуда). Первая остановка – на пятнадцатом, где хозяйственный и эксплуатационный отделы представляют собой стойла, окруженные кабинетами (как, впрочем, и все остальные отделы на всех этажах). Разведчики смотрят поверх перегородок. Многие играют на компьютерах в «солитер». Один человек их пугает: у него открыт веб-сайт, но он всего лишь щелкает по кнопке ОБНОВИТЬ, неизменно получая в ответ ОШИБКА. Маньяк, неслышно выговаривает Фредди, делая жест, как будто работает с «мышью».

Итак, в хозяйственном сеть не работает. Этажом ниже, в логистике, все то же самое. Разведчики навещают семнадцатый. Кто бы там ни работал, сеть у них тоже не действует, а компьютеров раз-два и обчелся. «Затерянные племена Амазонки», – комментирует Фредди. Обитатели семнадцатого одеваются неформально и смотрят на пришельцев так, будто никогда не видывали костюмов. Фредди и Джонс поспешно ретируются к лифтам, и там, в безопасности, Фредди выдыхает:

– Видел их мониторы? Давненько они заявок не подавали.

Фредди и Джонс не единственные – по «Зефиру» рыщут такие же разведгруппы. К полудню все, кроме администрации, уже знают, что локальная сеть прекратила существование. Администрация остается в неведении, поскольку на втором этаже компьютерами пользуются только секретарши, а если у секретарши проблемы с компьютером, администрацию это не удивляет. То, что секретарши умудряются вытворять с компьютером, служит для администрации источником неисчерпаемого веселья. Если не принтер, так «мышь», о программных ляпсусах и говорить нечего. Администрация мало что смыслит в компьютерах, но полагает, что большинство компьютерных проблем – это проблемы не компьютерные, а секретарские. Пусть сами администраторы компьютерами не пользуются – они пользуются тостерами, микроволновками и даже научились программировать автомобильную стереосистему (ну не то чтобы научились, но дилер им показывал). Так что же такого сложного в компьютере, скажите на милость?

Отделы не докладывают администрации о случившемся, потому что всякий хороший менеджер знает: администрации следует сообщать только хорошие новости. У тех. кто звонит в администрацию со своими проблемами, в «Зефире» неважные перспективы. Администрация существует не для того, чтобы водить начальство отделов за ручку, ее задача – распространение фондовых опционов. Дурная весть просачивается наверх только в три часа дня.

Происходит это лишь потому, что восемь отдельских менеджеров собираются на девятнадцатом этаже и блуждают среди опустевших столов. Помощи нет – ни единого бледного лохматого техника. Зато компьютеров хоть отбавляй, и менеджеры всматриваются в их экраны, пытаясь выяснить, что не так. «Сюда!» – кричит менеджер управления риском, и все сбегаются в застекленный зал. Там, среди бежевых системных блоков и путаницы цветных проводов, стоит маленький мониторчик. На его темном экране светится зеленым одна-единственная строка:

Менеджеры переглядываются – вдруг кто-то знает, что оно значит. Когда становится ясно, что никто не имеет понятия, что это за бежевые ящики такие (не говоря уж о том, как они работают), принимается решение позвонить в администрацию. Это понятно – кому же охота звонить из своего родного отдела. Соединяются с секретаршей, и она обещает все передать, как только закончится совещание. Удовлетворенные менеджеры какое-то время болтают о машинах и гольфе – не так уж часто они собираются вместе, – а затем неохотно возвращаются на свои рабочие места, к своим ленивым, отстающим от графика, тырящим бумагу подчиненным, к недостижимым производственным показателям.