— Ну что, причастились? — захохотал Рулон. — А теперь давайте будем молиться, чтоб Зеленый змий помог нам: «О, Зеленый змий! О, Боги русские! — жестко, с болью в душе произнес Учитель. — Помогите нам стать сильнее и праведней. Пьем вино не на погибель, а во спасение». «Слава Велесу! Слава Перуну! Слава Даждь богу нашему! Слава!» — подхватывали все молитву.

Чару снова пустили по кругу.

— Теперь я научу вас пить правильно, так, как это делали древние славянские волхвы и воины для веселья и чтоб стать сильнее, иначе вам лучше не пить. Вот мой отец спасся от семьи с помощью водки. Нахлебался и понял, что семья ему не нужна. Работать он не стал, но не знал он, что делать дальше. Да так и спился просто. Вот и все. А мы знаем, что нам делать. Мы будем делать все, что нас сделает сильней, собранней. Некоторых водка делает вялыми, они начинают засыпать, других — буйными, это уже лучше. Мой отец становился агрессивным. Он становился разбитным и сбрасывал кандалы социальных представлений, действовал свободно, забил на все, знакомился с бабами и обнимался прямо на улице, даже со статуями. Вот уже достижение, — многозначительно сказал Рулон.

Люди весело захохотали. Громкие энергичные голоса заполнили царившую кругом тишину. Время от времени испуганные птицы взлетали из кустов, растущих у дороги, прямо в небо, издавая громкие крики, словно вторя поющим.

— Что, дало в голову? Давайте лучше пойдем гулять. Помните, что нужно сохранять собранное жесткое состояние, направлять верно энергию Змея, чтоб вас не развезло.

Толпа вывалила на улицу и, распевая русские народные песни, зашарашилась к реке. Рулон орал:

По диким лесам Забайкалья,

Где золото моют в горах,

Бродяга, судьбу проклиная,

Тащился с сумой на плечах.

Долго шли по влажной от росы траве, отодвигая в сторону ветки преграждающих путь кустарников. Наконец открылся вид на поляну, где царила полная тишина, лишь изредка нарушаемая криками встревоженных птиц, взлетающих в небо.

Ученики осмотрелись кругом, с наслаждением вдыхая свежий воздух, они весело подпевали, настраиваясь на славянский Эгрегор. Собравшись на поляне, они занялись славяно-грецкой борьбой, изучали стиль пьяного и делали другие упражнения на четкость, точность, координацию, чтоб научиться направлять разбитную силу в правильное русло.

— Вот наша земля русская, почувствуйте же ее силу, примите ее, — сказал наставник.

Стало совсем темно, в небе светила полная луна, отражаясь в неподвижной, серебряной глади озера. Небесное покрывало было усыпано сверкающими звездами, на нем не было ни одного облачка. Тишина и покой в окружающей природе, а здесь, на поляне, непрерывный шум, смех, радость и веселье. Разбитное веселье продолжалось.

Вскоре они вернулись в дом. Врубив музон, ученики принялись плясать. Рулон балагурил, мацался с бабами, с которыми танцевал. Лилит и Селена поглядывали на него и стремились, чтобы он танцевал только с ними. Танцуя с Ксивой, он стал ласкать ее грудь. Она сексуально расхохоталась.

— Учитель, я еще не готова воспринимать вас на свадхистане.

— Ничего страшного, — с обольстительной улыбкой ответил ей Рулон, — грудь ведь относится к Анахате, — и поцеловал ее взасос.

Было радостно.

— Смотрите, чтоб вас не развезло, — выкрикивал Учитель, — держите жесткое поле, будьте собранными и четкими. Сегодня вам помогают травы, а в следующий раз мы будем пить уже бормотуху. И нужно будет самим при этом оставаться активными.

Тихо тикали старинные часы на светлой стене, навевая раздумья. Сидя за круглым столом, Селена положила голову на ладони и, облокотившись локтями о стол, обратилась к Учителю с ревностью в голосе:

— Учитель, разве тебе нас мало? Зачем ты лезешь к новым самкам?

— Нужно ведь всех обучить тантре, — ответил он.

— Но научи сперва нас, — сказала Лилит, ластясь к нему, в ее глазах засверкала страсть.

Тем временем Селена включила магнитофон и вставила в него фирменную кассету. Заиграла приятная музыка в медленном ритме, под которую Селена стала плавно приближаться к Рулону, соблазняя его своими движениями.

— Хорошо, — ответил он, — давайте будем делать майдхуну по чакрам, будем поднимать Жар-птицу Кундалини до небес, — сказал он, принимая йогическую позу, сидя на диване.

Ученицы обрадовались и стали раздевать и ласкать своего Гуру, облизывая его тело языками, целуя и трясь об него своими грудками. Возбудившись, они начали подготовку к практике.

Сидя в сидхасане, сделали мулабандху, еще несколько асан и дыханий для того, чтоб растревожить энергию Кундалини, спящую в области копчика. Пока одна делала упражнения, другая проходила тантру с наставником. Рулон

провел с ними анальное совокупление, поставив их раком на мягкий ковер с

восточным орнаментом. Член туго входил в анус, возбуждая всю область копчика и создавая в теле волну жара. Ученицы ласкали себе клитор рукой, чтоб увеличить наслаждение и направить

его энергию в основание позвоночника, муладхара-чакру.

После этого началась проработка

свадхистана-чакры, низа живота. Рулон положил учениц на спину и стал совокупляться с ними, закидывая их ноги

себе на плечи и глубоко вводя свой