– Не надо извинений, Паш, я не с пансионата благородных девиц. Давай закроем эту тему. Я получила полный, исчерпывающий ответ, - сказала Галина.
– И тогда к нему еще один вопрос. Можно? Когда ты заинтересовался мною? Честно. Наверное, сначала было мнение: "Захарова - стерва, одного мужика кружила, папа - председатель облисполкома. Второго от жены и из-за должности. Он ей ни грамма не был дорог". Было такое мнение, скажи? Только честно.

– Галь, давай не будем каждый раз говорить одну и ту же избитую фразу. Конечно, я скажу честно, что думаю. Если люди живут вместе или хотят жить вместе, они должны быть честными хотя бы по отношению друг к другу. Кому тогда верить, если не самому близкому человеку? Что тебе ответить? Точно так, как ты себя сейчас, тебя в конторе и обрисовали. Но когда я увидел тебя, то если честно, позавидовал твоим мужчинам. Внешне ты понравилась мне сразу. А когда понял, что душа к тебе тянется?
– Павел задумался, помолчал.
– Наверное, после того, как тебя на перекрестке машина подрезала. Я же тебя до дома провожал, ехал за тобой...

– Это был ты?!
– Галина даже подскочила на сиденье.
– Я так и думала. Я так и знала. Я стояла и смотрела из-за занавески, не включая свет на кухне. Я знала, это ты!

– А я знал, что ты смотришь из-за занавески, - улыбнувшись, ответил Павел.

– Обманываешь!

– Галина Ивановна, не забывайте, где я работаю.

Лицо Павла стало напыщенно серьезным. Галина поцеловала его в щеку.

– Знаешь, Паш, я почему-то ужасно волнуюсь и боюсь. Мы даже не купили подарок. Давай остановимся, купим хотя бы игрушку мягкую. Вот, останови у киоска, - попросила Галина.

Павел притормозил у киоска "Игрушки".

– В каком году по гороскопу родилась Олечка?

– В год тигра.

Галина купила огромного рыжего полосатого тигра.

– С ума сошла, Галечка, он в три раза больше Олечки, - пошутил Павел.

– Ничего страшного. Я за него спрячусь от волнения.

– Галь, - Павел посмотрел в глаза Галины, - я думал, ты вообще "железная". Ни бандитов, никого не боишься. А здесь... семидесятилетняя старушка и четырехлетний ребенок. Кого ты боишься?

– Себя, Скрыльников, себя!
– ответила Галина и поцеловала его в нос.

Дверь Павел открыл своим ключом. Они тихонько вошли. Квартира у Скрыльникова в старых "хрущевских" домах, большая, трехкомнатная. Отец Павла - полковник в отставке, был комдивом на Дальнем Востоке, умер вскоре после того, как вышел в отставку, и они переехали в их город. В области жили родственники Скрыльникова. Отсюда и вышел их род, и отец захотел поселиться на исторической родине. Только прожил недолго, сказались фронтовые раны легкого. Мать Павла, Евдокия Павловна, и Олечка были на кухне. Бабушка кормила внучку. Было слышно, что Олечка еще не совсем проснулась и завтракать не очень хотела. Она выдвигала массу причин и версий по поводу каждой съеденной ложки.

– Папка пришел!
– первая увидела их Олечка и бросилась на шею Скрыльникова.

Павел взял ее на руки. Зашли на кухню, Павел с Олечкой на руках и Галина в обнимку с тигром.

– Мам, познакомься, это Галина, я тебе про нее говорил, - Павел тоже волновался.

– Евдокия Павловна, - представилась мать Павла.

– Олечка, дочка, это тетя Галя, - волнуясь, Павел представил Галину дочери.

– Я знаю!
– ответила Олечка.
– Я знаю. Тетя Галя, это вы мне такого большего тигра подарите? У меня много других игрушек. Пойдемте, я покажу.

Олечка взяла за руку Галину и повела в свою комнату. Стала показывать свои игрушки. Тигра она сразу уложила в свою кровать, накрыла одеялом, оставив одну голову.

– Я буду спать с ней, - объяснила она Галине.
– И назову ее Нюся.

Олечка уселась на пол, прямо на расстеленный ковер. Галина села рядом.

– Олечка, а почему ты сказала, что знаешь, как меня зовут?
– спросила Галина, обняв девчушку за плечи.

– Потому что я иногда сплю с папой, когда он приходит рано с работы. Он меня во сне Галечкой называл.

Олечка прижалась к груди Галины:

– Тетя Галя, а вы от нас не уйдете?

– Нет, Олечка, конечно, я никуда не уйду. Я буду жить с вами.

– И вы будете моей мамой? Честно - честно?

Олечка крепче обняла Галину за шею, прижалась хрупким телом и прошептала:

– Мама... Я всегда знала, что ты у меня будешь, мамка...

Галина спрятала лицо в волосы Олечки, по ее щекам текли слезы.

– Да, Олечка, я твоя мама... И называй меня так всегда... Пожалуйста...

–

Его разбудил тот же сон. Уже почти год ему не снилась война. Последний раз он видел свой сон перед судом Виктора. Сердце учащенно билось. Еще тогда, в январе, он почему-то решил для себя, что сон из детства приносит неудачу и снится перед чем-то плохим, что-то должно произойти в его жизни. Но вспомнив и проанализировав, Иван Егорович пришел к выводу, что это не так. Он видел сон перед назначением его вторым секретарем одного из райкомов облцентра. Он работал тогда в райкоме инструктором. На место второго секретаря, ушедшего на повышение, было несколько кандидатов и он в их числе. Но вот приехал второй секретарь обкома, вызвал Захарова в кабинет, все другие кандидаты после их разговора сразу ушли на второй план, остался один он - Захаров Иван Егорович. Он и был вскоре утвержден на этой должности.