Мой мобильник зазвонил, и я ответила:

– Алло!

– Здравствуйте, это Баутина.

– Доброе утро, Александра Львовна! Что скажете?

– Скажу, что у нас все тихо, ночью никто к нам на этаж не поднимался. Прослежу за коридорами в течение дня.

– Если заметите что-то подозрительное, сразу же звоните мне! Я сегодня никуда из ателье отлучаться не собираюсь. Разве только спущусь на полчасика в кафе.

– Хорошо, позвоню, – пообещала Баутина, – хотя я очень надеюсь, что ничего страшного не случится!

– Я тоже. Тем не менее нам надо быть начеку.

– Постараюсь, – сказала Александра Львовна и отключилась.

Примерно через полчаса мне позвонила Бережковская.

– Здравствуй, дорогая племянница, – сказала она с каким-то непонятным подтекстом. – Неужели я даже на правах близкой родственницы не заслужила таких же преференций, как моя подружка?

– Наталья Петровна, я не понимаю, о чем вы?

– Да что же тут непонятного? Я про камеры говорю! Почему бы их и у меня в салоне не установить? Мне было бы с ними гораздо спокойнее!

– Но вы же должны понимать – я слежу за конкретным человеком, и он работает в «Ирисе», а не в «Пальмире»! Кстати, как он у вас вчера произвел ремонт? – Я попыталась перевести разговор.

– Нормально. Я не отходила от него ни на шаг! Мало ли что он удумал бы? Вдруг оставил бы нам какой-нибудь сюрприз? У него ведь в чемоданчике многое может поместиться…

– Извините, Наталья Петровна, мне надо срочно в цех сходить.

– А что случилось?

– Техник там какую-то заварушку со швеями затеял.

– Ладно, не буду вам мешать.

Когда я вошла в цех, там уже не было заметно никаких признаков производственного конфликта. Все швеи сидели на своих местах и занимались делом, а техник что-то ремонтировал в углу. Обстановочка была просто идеальной. Я развернулась и уже собиралась уйти, как вдруг услышала голос Щелоковой:

– Татьяна Александровна, вы еще не нашли нам замену?

– Пока нет, – ответила я.

– А вы вообще ее ищете?

– Конечно, но с квалифицированными специалистами всегда возникают большие проблемы. Извините, я пойду к себе?

– Не забывайте про нас, – бросила мне вслед Щелокова.

Конечно, если бы Корнилова не перехватила у меня инициативу, я бы что-нибудь предприняла в этом направлении, но она сказала, что попытается подыскать новый персонал лично. Вряд ли она занимается этим вопросом. Но хозяин, в данном случае – хозяйка, – барин, то есть барыня. Я вошла в ее кабинет.

– Ольга Николаевна, Щелокова с Сударкиной беспокоятся, будет ли им замена?

– Честно говоря, не хочу я их отпускать.

– То есть вы никого не искали? – уточнила я.

– Можно сказать и так, – ответила Корнилова, глядя в монитор. – А что с Мазуровым?

– Суетится, но пока ничего конкретного не предпринимал. Ольга Николаевна, сейчас Корзун в налоговой, но после обеда она наверняка появится здесь. Нельзя ли ее потом еще куда-нибудь отослать, чтоб она в мой ноутбук не заглядывала?

– Я об этом подумаю. В крайнем случае перейдете со своим ноутбуком в мой кабинет. Уж мы как-нибудь здесь вместе поместимся.

– Хорошо, – сказала я и пошла к себе.

Интересной информации с камер видеослежения не поступало, и я даже заскучала. Может, сходить в кафе?

– Таня, вы тут одна, да? – Ко мне заглянула Людмила. – Знаете, что сегодня Мазуров учудил?

– Что?

– Я ходила на кухню, чайку хотела попить, и кое-что услышала. – Приемщица заказов интригующе замолчала.

– Что именно? – поторопила я ее.

– Представляете, Татьяна, – Люда вошла в кабинет и села напротив меня, – он сказал нашим женщинам, что Апокалипсис наступит сегодня! Говорят, при этом у него глаза прямо горели как-то неестественно… Вы же знаете, нервы у всех на пределе, поэтому к его дурацкой шутке все отнеслись более чем серьезно. Швеи потребовали деталей, а он истерически расхохотался. Тогда они набросились на него с кулаками и чуть не побили его всерьез, но бригадирша их кое-как утихомирила. Вот интересно, что это на Николая нашло, как вы думаете?

– Понятия не имею, – пожала я плечами. – Прежде за ним никаких странностей не наблюдалось?

– Ну… – замялась Людмила.

– Так было или нет?

– Я лично не слышала, но, говорят, он в последнее время сам с собой стал разговаривать, причем ерунду какую-то бубнит себе под нос.

– Да, похоже, нервишки у него не в порядке.

– Ой! По-моему, в приемной какие-то голоса… – Людмила прислушалась. – Наверное, клиенты пришли. Я пойду.

– Конечно.

Люда вышла. Вот так, без каких бы то ни было усилий с моей стороны, и выяснилось, что произошло час тому назад в цехе. Мазуров предрек людям – Апокалипсис наступил, а точнее, он его и спланировал. Неужели он решил подорвать здание целиком?! Странно, что он вообще предупредил об этом сотрудниц! Хотя они ему все равно не поверили, подумали, что это его очередная дурацкая шутка. А зря…