— Кто бы позволил ему рисковать вертолетами и экипажами?

— А кто запретил бы, если он запросил разрешения в Пентагоне?

— Ну, тогда Дрейк рисковый человек.

— Хрен его знает… Что делаешь сейчас?

— Отряд, а значит, и я, идет в район квадрата… Там остановка, далее в ночь с 16-го на 17-е продолжение марша и выход к северной вершине Чаракского ущелья в квадрате…

— И что за задачу определил «Марсу» Дрейк?

— Ту, что была определена ранее, без уточнения.

— Как это?

— А вот так! Уточненная задача будет поставлена не позднее утра 17 ноября.

— Странно…

— Более чем!

— Хотя, скорее всего, цели второй операции определены. А вот данные разведки поступают противоречивые. Поэтому американцы и не ставят задачу отряду, надеясь, что за сутки прояснят ситуацию.

— Возможно, ты прав. А наших в Москве данная обстановка устраивает?

— А что может сделать Феофанов? Если американцы, скажем, заверяют, что все идет по плану и нам не о чем беспокоиться…

— Ты бы узнал у Ревунова, что представляет собой район квадрата…

— Сам связаться с ним не хочешь?

— А ты у меня для чего? Или настолько вошел в роль военного атташе, что забыл о своих непосредственных обязанностях?

— Не горячись, Саня, все я помню, — усмехнулся Крымов. — А предлагаю тебе самому связаться с Сержантом, потому что так проще.

— Ладно. Конец связи, Куратор.

Александр передал трубку Колданову.

— Станцию держать включенной или?.. — спросил старший лейтенант.

— Это, Слава, твое дело, — ответил Тимохин, — но если понадобится, ты должен в течение минуты обеспечить мне связь с Кабулом, Москвой или Мадагаскаром.

— А зачем Мадагаскар? — не понял шутки связист.

— Кто знает, Слава, с кем и когда придется связываться…

В 15.25, без проблем пройдя десять километров, бойцы отряда заняли под большой привал солидных размеров овраг рядом с лесом, имея перед собой обширное равнинное пространство. Тут же поступила команда Дрейка: он вызывал к себе полковников Тимохина и Дака.

Бригадный генерал остановился в середине оврага ближе к восточному склону, где приказал поставить палатку. На такое короткое время этого можно было бы и не делать, но Дрейк привык не отказывать себе даже в такой мелочи. Тимохин подошел к генералу, когда бойцы «Ирбиса» растягивали прорезиненное полотно.

— Вызывали, генерал?

— Господин генерал, — поправил Тимохина Дрейк. — По-моему, мы уже закрыли тему обращения друг к другу.

— Так точно, господин бригадный генерал.

— О’кей! У меня вопрос: кто разрешил вам сеанс связи во время движения?

— А мне ничьего разрешения по этому вопросу не требуется. Я обязан докладывать своему куратору о действиях отряда — я и докладываю. Кстати, данный вопрос, насколько помнится, мы с вами тоже уже обсуждали.

— Я запрещаю вам несанкционированный выход в эфир! А все, что нужно, ваш куратор узнает от меня.

— Без проблем, господин бригадный генерал, — улыбнулся Тимохин, — по только после того, как такой же запрет я получу от генерала Феофанова из Москвы. Не забывайте, группа «Орион» только временно входит в состав объединенного отряда — в части, касающейся реализации проекта «Эльба», — оставаясь при этом штатным подразделением российского Главного управления по борьбе с терроризмом… Вы вызвали меня лишь для того, чтобы в очередной раз показать, кто сейчас главный?

— Нет, не для этого… — Тут подошел полковник Дак, и Дрейк быстро перестроился: — Я вызвал вас, господа, для того, чтобы определить порядок охранения нашего временного лагеря. Полковнику Даку с личным составом «Ирбиса» прикрыть подходы к оврагу с севера и запада, основное внимание уделив северному направлению. Если талибы начнут поиск, то пойдут они от Хайрабского ущелья. И чтобы не попасть в переплет, нам необходимо вовремя обнаружить противника.

— Это и так понятно, господин генерал, — кивнул Дак. — Я уже выставил на северном направлении усиленный наряд охранения.

— За вами еще западный фланг.

— Есть!

Дрейк повернулся к Тимохину:

— Вам, господин полковник, приказываю выставить наряды контроля обстановки на подходах с юга и востока, в том числе в лесном массиве. И никаких растяжек, сигналок и прочих заграждений!

— Есть, господин генерал.

— Свободны!

Дак с Тимохиным отошли от генерала. Американский полковник сплюнул в траву и процедил:

— И принесла его нелегкая… Как спокойно было без него! Я вообще не понимаю, за каким чертом он нам нужен? Мог поставить задачу и по связи. Нет, прилетел и обрадовал… Да еще учит, как и что делать, как будто перед ним необстрелянные юнцы!