На «Запасе» прибыло столько женщин, что работы для них не нашлось, и тут Ричарда осенило: он взялся обучать шесть каторжниц точить пилы. Мысленно он признался самому себе, что об этом ему следовало подумать еще давным-давно. Такая работа устраивала женщин определенного темперамента — им нравилось сидеть в тени, они не слишком уставали, были старательными и методичными и вместе с тем находились среди людей. На каждой лесопилке требовались по меньшей мере одна точильщица и еще несколько женщин, способных очищать бревна от коры. Между женщинами и пильщиками неизбежно вспыхивали симпатии. Но вскоре каторжницы узнали, что Ричард Морган уже женат и любовные интрижки ему не по душе.

Урезание пайков было симптомом, указывающим, что за два года существования колонии ее не посетил ни один корабль из Англии. Долгожданное грузовое судно «Блюститель» с вещами пехотинцев, тоннами муки, солонины, других припасов и скота так и не прибыло, и никто не знал, по какой причине. Каждый день на вершину Южного утеса у входа в гавань Порт-Джексона забирался часовой, который начинал до боли в глазах вглядываться в даль, принимая за парус то фонтан кита, то его хвост, то низко нависшее над горизонтом белое облако. Но настоящий парус так и не показался. Припасы, привезенные «Сириусом» с мыса Доброй Надежды в мае тысяча семьсот восемьдесят девятого года, иссякли, а корабль все не приходил. Единственным лучом надежды для губернатора Филлипа стал остров Норфолк, где росли хотя бы некоторые овощи и злаки, где водилась дичь и где не было коварных и жадных туземцев.

Каторжники, прибывшие на остров, уверяли, что жизнь в Порт-Джексоне превратилась в ад: люди умирали от голода или превращались в ходячие скелеты. Колонистов отчасти поддерживала ферма на Роуз-хилле, как и поля к северу и западу от Порт-Джексона — Тунгабб и Пограничное. Но хотя на фермах удавалось выращивать некоторые овощи, о хорошем урожае злаков нечего было даже мечтать.

После того как «Запас» вернулся в Порт-Джексон с грузом извести и древесины, губернатор Филлип решил послать «Сириус» в какой-нибудь ближайший порт за провизией. Он уже понял, что поселение на мысе Доброй Надежды не так велико, чтобы обеспечить колонию мукой, солониной и живым скотом. Южноафриканцы предпочитали продавать излишки голландцам, англичанам и судам Ост-Индской компании, заходившим в гавань. Численность их экипажей не превышала пятидесяти человек. Но накормить более тысячи голодных ртов Кейптаун был не в состоянии. «Сириус» вернулся в колонию с полупустыми трюмами.

Поэтому было решено отправить его в Китай, за рисом и копченым мясом, не говоря уже о чае и сахаре, способных подсластить жизнь каторжников, если не насытить их. В Вампоа губернатор надеялся приобрести ром, предназначенный для вывоза в Европу. Тысяча семьсот девяностый год начался еще хуже, чем тысяча семьсот восемьдесят девятый, хотя губернатор и не предполагал, что такое возможно.

Во время бессонных ночей Филлип гадал, что происходит сейчас в Англии, нет ли там массовых политических волнений, не вышел ли в отставку мистер Питт, не принял ли парламент решение прекратить эксперимент в Ботани-Бей — или просто забыл о колонистах. Неизвестность была особенно мучительной, с каждым месяцем у губернатора рождались новые ужасные догадки. Похоже, колонистов обрекли на ту же участь, что постигла Робинзона Крузо.

Пока «Сириус» готовился к дальнему плаванию, «Запас» совершил еще один рейс к острову Норфолк с новой партией каторжников. Численность населения острова достигла ста сорока девяти человек. Губернатор распорядился, чтобы «Сириус» по пути в Китай вместе с «Запасом» сделал стоянку возле острова Норфолк, доставив туда сто шестнадцать каторжников, шестьдесят семь каторжниц, двадцать восемь детей, восемь морских офицеров и пятьдесят шесть пехотинцев. При этом население острова должно было за один день достигнуть четырехсот двадцати четырех душ, утроиться за месяц и увеличиться в четыре раза за четыре месяца.

Мягкий, образованный губернатор хорошо знал некоторых своих подчиненных, в особенности лейтенанта Филиппа Гидли Кинга, который служил под его началом на «Ариадне» и «Европе», прежде чем перешел на «Сириус» незадолго до начала плавания к берегам Нового Южного Уэльса. Возвращаясь в Порт-Джексон, «Запас» всякий раз привозил донесения от Кинга, и все они убеждали его превосходительство, что Кинг не способен управлять многочисленными подданными, которых он не знал даже в лицо. Кинг был истинным патриархом, беззаветно преданным сыну Энн Иннет, Норфолку. Само имя, выбранное Кингом для ребенка, свидетельствовало о том, что в душе этот человек — настоящий романтик. А острову Норфолк предстояло превратиться в маленькое государство, в котором не место романтике.

Имелись у его превосходительства и другие причины для беспокойства, и среди них — две особые: во-первых, майор Роберт Росс оставался острым шотландским шипом у него в боку, а во-вторых, ему требовалось как можно скорее послать в Англию человека, которому он мог доверять, предпочтительно романтика. Этот посланник должен был сообщить, что дела колонии плохи, но вместе с тем убедить власти, что возможности Нового Южного Уэльса неисчислимы, однако, чтобы воспользоваться ими, необходимы вложения капитала. По подсчетам губернатора, колонии хватило бы пятидесяти тысяч фунтов — ничтожная сумма, гораздо меньше той, что тратила в год на взятки достопочтенная Ост-Индская компания. Губернатор доверял Кингу, но не Россу. Не мог он довериться и капитану «Сириуса» Джону Хантеру, еще одному возможному кандидату и опять-таки шотландцу, который подобно всем своим соотечественникам пророчил колонии крах. Росс и Хантер скептически относились к Новому Южному Уэльсу, не видели в нем никаких возможностей и скорее всего посоветовали бы правительству отказаться от дальнейших экспериментов. Следовательно, Филлип не мог выбрать в качестве посланника ни Росса, ни Хантера. Он твердо знал, что не ошибся в суждениях. Новый Южный Уэльс будет процветать, только не теперь. Для этого понадобятся время и деньги.

Поэтому «Запас» привез на остров Норфолк не только каторжников, но и письмо лейтенанту Кингу. Ему предписывалось вернуться в Порт-Джексон вместе с мистрис Иннет и мастером Норфолком Кингом, чтобы обсудить подробности предстоящего путешествия в Англию. А на пост, который прежде занимал Кинг, Филлип назначил вице-губернатора, майора Роберта Росса. Тем самым он убил одним выстрелом двух зайцев: поскольку «Сириус» отплывал в Китай, это означало, что колонисты на несколько месяцев избавятся от присутствия капитана Джона Хантера.