– Что это за ящики?
– кивнула на здоровые коробки, с которых сбился тент. Они и правда заинтересовали странной маркировкой.

– Какая разница?
– пожал плечом Марат.
– Любопытство сгубило кошку. Э-э, я шучу, Ди. Серж, глянь что там, самому интересно. Стас, вы не против?

– Любопытство - это главная черта журналистов?
– хмыкнул водитель в ответ.
– Да смотрите, не жалко. Барахло всякое, насколько помню.

– Пустые, - сказал Серж, приоткрыв крышку одной и пошатав другую, - Точнее - правда барахло - тряпье какое-то, перчатки... хмм... салфетки. О! И бутыль водки.

– Водку не трогать!
– Сразу отреагировал Стас, - там чистый спирт – неприкосновенный запас.

Марат с Сержем чуток пошутили на тему НЗ, заставив своим внезапным хохотом Казанову шарахнуться в сторону.

– Как мальчишки!
– рассердилась, Рысь.

– Ну не девчонки же, - хохотнул Марат и крикнул в мою сторону: - Ди, ты там в порядке?

– Нормально всё, но я чуть отстану. Казанове не нравится соседство с машиной.

Остановившись, я пропустила вперед машину, а также фургон, едущий следом. Хотелось подумать в одиночестве, в надежде, что Глеб не посмеет снова присоединиться ко мне.

Как бы я не храбрилась, но даже рухнувшая любовь, растоптанная и прошедшая не могла не оставить следа, и я некоторое время отчаянно жалела себя, пользуясь тем, что никто не видит мое лицо. Потом, когда жалость порядком утомила, задумалась о тех странностях, что происходят с самого прибытия на ранчо.

За размышлениями не заметила, как пролетели полчаса, Глеб обогнал меня, крича, чтобы все тормозили.

Впереди открылся перевал, между двух скал было достаточно места, чтоб проехала машина, и я поскакала вперед, узнать, что дальше. Серж, Марат и Егор спрыгнули на землю - немного размяться и дружно потопали к густым кустам у подножия скалы - справа от дороги.

– Меньше пить надо было, - крикнула им вслед Рысь, рассмешив Леночку и Надюшку, которые тоже направились к кустам - в другую сторону.

– А ты не хочешь?
– забеспокоилась Оля, - А, ну я тоже нет. Тогда смотри. Мы поедем на машине до следующей долины, еще не близко, только там пересядем на лошадей. Лучше тебе к нам пересесть.

– Зачем же, я...

– Ну, так тебе придется тогда ехать с мужчинами по более короткому пути. Мы-то крюк сделаем.

– Рысь, - шутливо запротестовал Глеб, прерывая разговор со Стасом, - не пугай Диану, - нравится верхом, так пускай. Тем более я обещал показать ей красивые места.

– Тогда я тоже с вами поеду, - решила Оля.
– Не зря же взяли Команчи! А то четверо останутся охранять фургон, а вас будет только трое. Мало ли что.

– Рысь, думаю, и без тебя управимся, если что!

– Оль не надо, - попросила я, когда глаза девушки раздраженно вспыхнули. – Правда, незачем. Если хочешь, на обратном пути устроим гонки.

– Да ладно, Рысь, не переживай, - снова влез в разговор Макаров, подходя к нам.

– Ух, ты!
– Оля кивнула на его ружье.
– А стреляешь-то ты хорошо?

Странное ружье, с толстым стволом, такого еще не видела. Я позавидовала чуть-чуть Оле, которая так хорошо разбирается в оружии.

– Обижаешь, - осклабился Глеб.

Стас оказался симпатичным, обернувшись, он прислушивался к разговору.

– Нормально он стреляет, - буркнул водитель, - но ты, Рысь, лучше.

Нас прервали вернувшиеся парни.

– Далеко еще?
– крикнул Марат.
– Стемнеет, пока доберемся.

– Уже близко, - улыбнулась Рысь, - скажи спасибо, что солнце не так печет и довольно прохладно.

– Да уж, тебе, что ль за это спасибо сказать, - Токаев ловко запрыгнул наверх.

– Хоть бы и мне, - Оля снова обернулась ко мне.
– Ди, правда, отдохни немножко.

Глеб махнул рукой егерям и двое из них уже подъезжали к нам. Один - тот самый здоровый бородач, что в первый день так нагло говорил с Маратом. На меня он даже не взглянул. Злобный тип!

– Это Камаль, - шепнула Рысь, - ну раз он с вами, мне не страшно. Он кого хошь голыми руками задушит.

– Диана, если вы с нами, то уже пора, - окликнул Макаров, - или оставайтесь с остальными.

Девушки уже бежали от кустиков к машине.

Вдруг Серж протянул мне маленькую камеру:

– Держи, повесь на шею, или погоди, я сам. Вот. Просто забудь про нее, неприятное ощущение быстро пройдет.

Плоская, толщиной меньше сантиметра, камера надежно прилипла к коже чуть выше выреза майки.

Когда я хотела возмутиться, он прижал палец к моим губам.

– Смотри, Ди, она стала под цвет твоей кожи, хамелеончик такой. И только серединка выглядит как кулон на цепочке, маскирует объектив. Прикольно же, скажи, Оль?