Официант принес глинтвейн.

– Ну это моя забота, – усмехнулся Виктор, пригубляя напиток. – Для своего спокойствия можешь считать, что я их печатаю в подвале своего дома. Тебя может заинтересовать, что я готов заплатить миллион долларов наличными за адреса, по которым эти трости сейчас хранятся. Уверен, что Бахман ведет подобный учет, ему нравится знать, кто обладает его ювелирными шедеврами.

– Виктор, позволь вопрос, – судя по интонации, Алекс откровенно издевался над Холливуд ом. – Почему ты раздаешь всем именно миллион, а не какую-то другую сумму?

– Обычно, услышав слово «миллион», человек не задает никаких вопросов. Он готов на все, – улыбнулся Виктор.

– И ты хочешь сказать, что я поступлю так же?

– А ты подумай, Алекс. Получив миллион, ты сможешь не надеяться на местных врачей, а отвезти своего сына в Германию или Израиль, и оказать ему помощь там. Ты можешь больше не беспокоиться о том, удастся ли твое бизнес-начинание с юридической компанией. Ты будешь свободным и, вполне возможно, счастливым человеком.

– Спасибо тебе за предложение, – искренне улыбнулся Алекс. – Ты прямо-таки облагодетельствовать меня собираешься. Я очень благодарен. Поверь, никто не делал мне подобного предложения никогда в жизни. Но я с огромным удовольствием говорю тебе: «Нет!».

Виктор опешил.

– Как это? Ты отказываешься от миллиона?

– Да, – кивнул Алекс.

Виктор сделал большой глоток глинтвейна, видимо, обжег язык, поморщился, глотнул. Фрида и Маня, безмолвно смотрели на Алекса, и на лице Фриды читалось восхищение.

– Но почему ты отказываешься? – спросил Виктор.

– Думаю, при тщательной проверке твои деньги окажутся фальшивыми, – сказал Алекс. – Но даже если они настоящие, зачем мне продавать информацию, принадлежащую моему клиенту? Как минимум, это подмочит мою репутацию.

– У твоего друга сомнений в том, что мои деньги настоящие, не возникает, – сказал Виктор. – И вовсе не обязательно платить наличными. Можно и банковским переводом.

– Виктор, ты просишь меня продать тебе информацию о моем заказчике. Я отказываюсь.

– Ладно. Я предложу миллион кому-нибудь другому, – скептически заметил Виктор. – Ты же знаешь, что раз уж мне потребовался этот список, я получу его.

– Не сомневаюсь, и желаю удачи. Потому что я как юрист Бахмана возьму распространение и передачу этой информации изо всех офисов под личный контроль.

– Ну, так заплачу два миллиона, – снисходительно улыбнулся Виктор.

– Всегда найдется тот, кто захочет их получить.

Заиграл оркестр, расположившийся на сцене неподалеку от барной стойки. Зазвучало танго.

– Разрешите Вас пригласить, прекрасная Фрида, – сказал Виктор, протягивая даме руку.

– Если мой кавалер не возражает, – Фрида вопросительно посмотрела на Алекса.

– Не возражаю, – улыбнулся Алекс. – Но следующий танец мой.

– Согласна, – сказала Фрида.

Виктор встал со стула, взял Фриду под руку и увел ее танцевать. Они танцевали танго, и Алекс смотрел на них, ревниво поблескивая глазами. В танце Виктор и Фрида были прекрасной парой.

– Черт! – сказал Алекс. – А танцует он превосходно.

– Это точно он, – сказала Маня. – Ее муж. Я клянусь вам, что это он!

– Он что, с того света, что ли, явился, чтобы предъявить права на свою жену? – спросил Макс. – Но ты, Алекс, очень красиво его унасекомил.

– Даже еще не начинал, – со злобной усмешкой пробормотал Алекс.

Фрида танцевала танго страстно, красиво. Время от времени она бросала на Алекса полные огня взгляды, и один раз даже помахала ему рукой. Виктор вернул ее к столу, разгоряченной и еще более красивой.

– Пожалуй, я откланяюсь. У меня еще есть дела, – сказал Виктор, церемонно кланяясь всей компании.

– Смотри, гаишникам не попадись, – Алекс снова обменялся с Виктором рукопожатиями, и было видно, что каждый из них хочет передавить ладонь другого, но ни у кого из них это снова не получилось, – А то они глинтвейн издалека унюхивают.

– Буду очень осторожен на дороге, чтобы никого не порадовать своей неожиданной кончиной, – усмехнулся Виктор.

Оркестр заиграл вальс. Алекс поднялся, подхватил Фриду, и они закружились в танце. Виктор Холливуд направился к выходу. Его лицо было мрачнее тучи. Он сел в машину, завел двигатель, бросил злобный взгляд в сторону ресторана и, достав мобильный телефон, набрал номер:

– Продолжайте следить за этим Алексом. Снимайте, фиксируйте, записывайте все. И покопайтесь в его прошлом. Мне нужен любой компромат. Вы поняли?