— Ваша работа, мистер Стокер, как я понимаю, это пьески, постановки, писанина? — Эти слова произносились с подчеркнутой иронией. — Все это работа на публику. Не то что моя. Более того, джентльмены, всегда лучше, если работу полиции выполняет полиция… понимаете?

— Прошу прощения за излишнее любопытство, инспектор. Просто мы, я и мистер Кейн, как и все лондонцы, крайне заинтересованы в поимке этого… изверга.

— В таком случае я могу рассчитывать на ваше полное сотрудничество?

Кейн кивнул.

— Да, разумеется, — подтвердил я.

К этому времени мы, все трое, уже стояли в холле, и я испытал огромное облегчение, увидев, как Эбберлайн надевает шляпу. «Уходи», — мысленно убеждал я его, но вместо этого он ошарашил нас вопросом:

— Тогда, джентльмены, скажите мне: где Фрэнсис Тамблти?

Кейн бочком придвинулся ко мне, и я мог лишь надеяться, что он не выдаст себя, схватив меня за руку или, хуже того, упав в обморок. Если он и собирался заговорить, то ему удалось издать лишь что-то похожее на стон, который мне пришлось заглушить своими словами, придав им оттенок негодования.

— Сэр, судя по вашему вопросу, может сложиться впечатление, что вы обвиняете нас в… соучастии в этих преступлениях. Я не желаю даже…

— Господа, — прервал меня инспектор тоном не менее гневным, чем мой собственный, — не вы ли предоставили мне самому устанавливать факт существования близких, оченьблизких отношений между мистером Кейном и доктором Тамблти? Вы. И я этот факт установил.

Далее, американцы проинформировали меня о том, что этот Тамблти личность темная, подозрительная, и его связь с такими джентльменами, как вы, вызывает у меня немалый интерес.

— Вы хотите сказать, инспектор, что доктор подозревается в этих убийствах?

— Он, мистер Стокер, является тем, с кем я очень хотел бы поговорить, кого мне очень хотелось бы допросить.

— Однако он может подозреваться не в большей степени, чем сотни другихлюдей, в настоящее время задержанных полицией. Газеты сообщают…

— Я не читаю газет, мистер Стокер.

— Похоже, так оно и есть. И вообще, разве вы уделили должное внимание только что опубликованным посланиям, исходящим, несомненно, от самого убийцы, в которых он предупреждал…

— Я скажу вам больше, мистер Стокер. Письма, о которых вы говорите, сейчас тщательно изучаются, и, замечу, среди них большое количество ложных, просто сбивающих с толку. Признаюсь, я телеграфировал в Америку и просил, чтобы мне прислали образцы почерка доктора Тамблти.

— Вы… ожидаете совпадения? — удалось выдавить Кейну.

— А мне следует этого ожидать, мистер Кейн? Вы уж оставьте, если можно, эту заботу на мою долю. А то ведь ваше вмешательство вполне может стоить еще одной жизни.

Взгляд Кейна заметался между мною и Эбберлайном.

— Я… я… — начал было он.

— Томми, — с жалостью сказал я. — Инспектор слишком занят, чтобы остаться, но вот я не отказался бы от чашки чаю. Не будешь ли так добр?..

И я указал подбородком в направлении кухни.

— Ни жены, — заметил Эбберлайн, — ни даже горничной?

Я дал ему волю предполагать и домысливать все, что ему заблагорассудится, и, едва Кейн оказался вне пределов слышимости, сказал:

— Инспектор, если вы позволите… Да, мистер Кейн был связан с американцем и хотел бы скрыть это не столько от закона в вашем лице, сколько от своей жены. Надеюсь, вы меня понимаете?

— Ну да, — буркнул он.

Можем ли мы в таком случае заключить следующее джентльменское соглашение: вы оставляете факт этого знакомства без внимания, а взамен мы, мистер Кейн и я, проинформируем вас, если или, точнее сказать, когдаснова услышим о Тамблти? У меня есть основания полагать, что это может случиться.

Я говорил это вполне серьезно. Мы трое, неудачливые Чада Света, пришли к согласию в том, что не можем продолжать действовать сами по себе,но нам по-прежнему требовалось время, чтобы поймать Тамблти в ловушку, заманив его поближе к Ярду, и добиться от него гарантий безопасности Кейна. Нам также требовалось время, чтобы иметь возможность манипулировать правдой: ведь окажись наша история в ее нынешнем виде известна кому-нибудь, кому угодно, это повлекло бы за собой бесчисленные унижения для нас со Сперанцей и погибель для Кейна.