Но неужели с этим смирятся люди, еще какой-то год назад

смело сражавшиеся с такими же подлецами, каких здесь

мы видим на каждом шагу, без страха и упрека? По-моему, нам ничто не мешает снова взяться за оружие, разбросать

английских тварей и вырваться на свободу. Ее никто не по-

дарит – вам это хорошо известно и потому е следует за-

133

Эмиль Новер

воевать, иного выхода нет. Может быть, тропическое солн-

це высушило ваше стремление к свободе? Во мне оно

лишь разбудило жажду добыть ее, а утолить эту жажду я

могу только двумя способами: вырвавшись с этого прокля-

того острова или умерев на нем.

Я давно мечтал убраться отсюда, нас собралось семе-

ро, у нас было готово вс, даже судно нашли. Но с прихо-

дом фрегата я решил изменить свои планы. Я счл своим

долгом помочь тем, кто вместе со мной оказался в рабстве, и теперь вс зависит от вас. У меня есть план, как захва-

тить фрегат, есть оружие и близится удобный момент для

нападения. Если вы согласны, добыть свободу или уме-

реть, то корабль будет наш!

Едва лишь ирландец замолчал, как со всех сторон по-

слышались голоса, выражавшие недоверие к его плану, как

лишенному реальности. За время, проведенное в рабстве, бывшие солдаты Якова утратили многие из тех бойцовских

качеств, которые были присущи им в то время, когда на

земле Ирландии вперемежку лилась своя и чужая кровь.

Голыми руками брать фрегат – тупее трудно приду-

мать.

Какое у тебя оружие – ржавые железки!

Не морочь людям головы!

Да он издевается над нами!

Кинг поднял руку, и тихий гул голосов, наполнявший ба-

рак, постепенно стих. Обведя каторжников презрительным

взглядом, ирландец медленно, чтобы каждый мог хорошо

расслышать и понять его слова, произнес:

Тут кто-то сказал «люди», но где они? Я вижу перед

собой лишь рабочий скот, а перед ним, действительно, сто-

ит человек.

Кинг выделил последнее слово, чтобы смысл сказанно-

го им был яснее ясного дня. Расчет оказался верным – ка-

торжники онемели от подобного оскорбления, – это говорит

человек, пользующийся всеобщим уважением?

Кинг, ты в своем уме?

Можете не сомневаться, – последовал незамедли-

тельный ответ. – Только скот ничего не хочет и не желает, 134

Капитан «Дьявол»

не стремится ни к чему. Его впрягут и погоняют – он идт, ему кинут кусок – он и рад. А я – человек! Я хочу увидеть

родные земли, леса, обнять их деревья, вдохнуть аромат

нашей изумрудной травы, дышать родным воздухом. Да, черт возьми, в море во намного лучше, чем в рабстве!

Рабы молчали. Кто из них не хотел вернуться обратно и

снова зажить вольной жизнью! Меченый ирландец напом-

нил многим то, что они оставили там, далеко, на самом

прекрасном краю земли, такое милое и дорогое.

Кинг волновался, но не желал торопить людей с приня-

тием решения. Путь к свободе был трудным, и платить за

е обретение следовало кровью и никто не давал гарантии, что замысел удастся.

Рядом с Кингом стоял седеющий ирландец и тихо бара-

банил по стене узловатыми пальцами. Сэлвор узнал Уиль-

яма Венчера – человека, которого уважали вс осужденные

солдаты Якова, и чей авторитет был даже выше авторитета

Кинга. Внезапно Венчер перестал барабанить и пристально

взглянул в глаза меченого ирландца, словно пытаясь по-

нять, что движет им.

Оружия много? Какое?

Достаточно, но только холодное.

Рассчитываешь на внезапность?

Мой козырь.

И уверен, что вс удастся.

Не уверен, но шанс есть.

Да, конечно, это так. – Венчер снова забарабанил –

он верил Кингу, но нелегко было решиться на это трудное и

опасное дело.

Уильям выбивал какую-то мелодию, но оборвал ее на

полутоне, приняв решение, и сказал:

– Риск велик и плата немалая, но лучше погибнуть в

борьбе, чем гнить в рабстве, – сказал Верчер, пожимая руку