– День добрый, Леонид Викторыч.

– Чего в нем доброго, - пробурчал тот, не шелохнувшись, - такой гомон с утра!

Жалобно вздохнув, Игорь отвернулся от зеркала и побрел к лестнице. Мимо простучали каблучками две молоденькие особы с коробками в руках, наполненными какими-то безделушками. Бросив взгляд на Байера, особы слаженно захихикали и ускорили шаг. Игорь посмотрел им вслед со слабым интересом. Ну, вероятно, раз он еще способен интересоваться женщинами, значит еще не совсем дошел. Одна из особ, заворачивая на лестницу, игриво помахала ему, и когда она уже опускала руку, Игорь вновь остановился, глядя на эту руку потрясенно. Рука была как рука... только там, где согласно всем законам природы должны были быть ногти, слабо колыхались алые острые язычки пламени. Особа еще раз хихикнула и исчезла. Байер зажмурился. Это наверняка такой лак для ногтей. Да-да, с особым эффектом... Но черт возьми, живой огонь ни с каким эффектом не перепутаешь, да еще на таком расстоянии. А зеркало?.. Он сходит с ума?

– Эй, мужик, ты чего?

Байер испуганно открыл глаза - перед ним стоял мужчина лет сорока, глядя тревожно-вопросительно. Мужчина был самым обыкновенным, с приятной обыденной внешностью, и что особенно радовало - на нем ничего не горело.

– Я...
– начал Байер, запнулся и попробовал еще раз, - я не знаю. Что-то... что-то не то съел.

– Бывает, - посочувствовал собеседник, извлекая из кармана рубашки толстенную сигару.
– Ты знаешь что - забеги в приемную, к Танюшке, она тебе чего-нибудь холодненького даст или, лучше, наперсток.

– Наперсток?
– переспросил Байер, решив, что ослышался.

– Ну да, - удивился мужчина.
– От отравления самое то - лучше брандспойта прочистит.

Игорь приподнял брови, впервые слыша про столь оригинальное средство от отравления.

– Думаете, если я проглочу наперсток, мне полегчает?

– Господи, - мужчина удивился окончательно, - да ты и впрямь совсем плох! Зачем же его глотать?! Наперстки на пальцы надевают - ты что, не слыхал про это?

Да нет, это не я с ума схожу, это они тут все ненормальные!

– Хм, спасибо, - сказал Байер вслух, и человек милостиво кивнул, словно и в самом деле дал необычайно ценный совет, после чего вытащил зажигалку и поднес ее к кончику сигары, и из зажигалки беззвучно вырос язычок пламени. Зажигалка была обычной, пьезовской, у Байера таких перебывало десятки, но даже и без этого он прекрасно бы знал, что для того, чтобы получить огонек, нужно нажать на рычажок. Но мужчина держал зажигалку за самый низ, даже не дотронувшись до рычажка, отчего сложилось такое впечатление, что зажигалка зажглась сама по себе. Разумеется, это было невозможно, верно внизу тоже была какая-нибудь кнопочка, но тут Байер вспомнил про свою недавно взбесившуюся зажигалку, и ему опять стало нехорошо.

– Ты чего?
– спросил закуривший, старательно дымя.

– Да ничего, - ответил Байер с нервным смешком и снова пошел вперед. Сделав несколько шагов, обернулся - мужчина все еще стоял на месте, сострадательно качая головой, а над этой качающейся головой густо клубился сизый сигарный дым. Его движение было каким-то очень уж стремительным, и пока Игорь смотрел, клубы сформировались в большую дымную розу - сизую неспокойную розу, колыхавшуюся над курившим. Игорь отчетливо мог видеть каждый лепесток. Роза из сигарного дыма пребывала в самой активной стадии цветения и смотрелась очень изящно.

– Господи!
– в который раз сказал Байер, и сделал несколько шагов задом наперед. Роза заколебалась и расползлась в бесформенное облако, из которого секундой позже образовалось нечто, подозрительно напоминающее полулежащую в профиль голую барышню с безликим дымным лицом и развевающимися волосами.

– Ничего подобного!
– ответил мужчина, невероятно глумливо подмигнул Байеру и двинулся своим курсом. Игорь попятился дальше, на ходу еще раз проверив свой пульс, тут кто-то невежливо пихнул его в спину и воскликнул:

– Елки, смотри куда идешь! Чуть не уронили... Уйди с дороги!

Байер поспешно отскочил, пропуская двоих молодых людей, которые тащили старенький монитор-"форточку". С этой процедурой мог бы справиться и один человек, но это молодых людей явно не заботило - они несли монитор так медленно и так бережно, словно внутри него была чувствительная взрывчатка. Следом за молодыми людьми семенил какой-то мальчишка лет десяти и бубнил:

– Быстрее давайте, быстрее! Ой не донесем! Ой че будет! Меня же уволят!

Молодые люди громко огрызались на ходу. После всего, что уже произошло, это зрелище не особенно заинтересовало бы Игоря, если бы монитор не был включенным, и по его экрану не неслись, мелькая, одна за другой, страницы вордовского текста. Никаких шнуров при несомом мониторе не наблюдалось.

Монитор, работавший без силового кабеля - это было еще ничего. Какой-нибудь аккумулятор - ой, да мало ли что! Байер за свою жизнь и не то еще видал.

Но монитор, работавший без системника?