– Миша?

Машенька! Надо же, как незаметно подошла!

– Ты прямо как лисичка подкрадываешься! Тебя и не слышно совсем!

Девушка смущенно потупилась.

– Скажешь тоже... Я просто иду.

– Но очень тихо! И так легко - шагов и не слышно вовсе. А что интересного у тебя сегодня? Рукав краской запачкан... дай угадаю! Опять на озеро рисовать ходила?

Маша кивнула.

– Туда.

– Далеко это...

– А я на лошади! Так гораздо быстрее!

– Да я не это в виду имел... нехорошо, что ты туда одна ходишь.

– Так поехали вместе! Больше-то не с кем...

'Ох, глаза твои хитрющие! Не с кем... да тут желающих - только свистни! Только дядю сурового и опасаются... Однако же... ведь никогда раньше так не говорила! А что? И съезжу! Только попозже...'

Раздавшийся в сенях топот сапог заставил Шведова поднять голову. Рука его скользнула под стол.

Распахнувшаяся дверь звучно долбанула о стену.

– Иваныч!

– Ты, чего, Петя, взъерошенный такой? Прямо, лица на тебе нет?
– рука хозяина дома, до сего момента скрывавшаяся под столешницей, легла на стол.
– Да садись ты, в ногах правды нет!

– Да, где ж она есть?!

– Что стряслось-то? Толком говори!

Старшина грузно опустился на лавку. Снял фуражку и скомкал её в руке.

– Машка...

– Что Машка?

– На озеро поехала... и пропала.

– Ну... мало ли... она натура увлечённая, могла и завернуть куда в сторону.

– Не то все, Иваныч... она не одна поехала. Кожин с нею был.

– Так чего тогда дергаешься? Он парень крепкий, да не с пустыми руками, небось, поехал-то?

– Того и опасаюсь. Китаеза к нам с той стороны приходил. Ляо его прислал. Просил придержать нас на время, а командир ему в морду сунул. Да выгнал. Вот и смотрю я...

– Вот как?
– Шведов повертел в руках ложку.
– На озеро кого послал?

– Да, дежурный наряд. Только что-то их долго нету.

– А сам, значит, ко мне наладился... Что ж не в отряд?

– До них ехать сколько? Да и чем они помогут? Пока суд да дело...

– Не тяни, Петя! Что-то ты ещё знаешь, так говори!

– Боюсь я, Иваныч! А ну, как с прежним командиром станется? А с ним Машка... Да и вообще... нечисто что-то в округе стало. Опять же - солдаты эти, черт их приволок. Сто лет их тут не было - явились!

– Видел кого?

– Так, чтобы точно - не скажу. Но, сам знаешь...

– Знаю.

На улице заржала лошадь, послышались голоса. Храмов вскочив на ноги, бросился к окну.

– Наряд вернулся!

Вошедший в комнату боец был мрачен. Ни говоря лишнего слова, он вытащил из кармана револьвер.

– Вот, на дороге подобрали.

Хозяин дома протянул руку.

– Давай-ка его сюда... так... стреляли из него недавно, три пустые гильзы в барабане. Что там ещё интересного было?

– Кусты примятые, трава. След от копыт - пяток лошадей точно там побывал.

– След куда?

– Туда, - мотнул головой боец в сторону границы.

– Кровь, вещи какие-нибудь?

– Нет. Ничего такого не нашли.

– Свободен.

Проводив взглядом ушедшего бойца, старшина повернулся к собеседнику.

– Ну?

– Что - ну? Ляо это, больше некому. Сам же это чуял, чего за лейтенантом никого тайком не послал? Молчишь? Ну и что теперь делать будем? К пограничникам ихним ехать?

– Бестолку это... Разве что в отряд...

– Не крути, Петя! Ты ко мне приехал, ведь уже тогда чуял что-то! Чего тебе надо - прямо сказать можешь?

– Помоги, Иваныч!

– Чем?! У меня тут что - полк солдат в тайге запрятан?

– Иваныч... Христом богом прошу!

– Чем, Петя?!

Старшина некоторое время сидел молча.

– Я ведь не слепой, Александр Иванович... тоже вижу кой-чего. Один ты тут - это верно. Однако ж, контрабандисты мимо тебя не ходят.

– Так одного раза хватило, небось?

– Не так. Боятся они тебя - то так, не спорю. Однако причина в том другая есть...

– И какая же?

– Н е в е л е н о им.