Внук прервал его попытки.

— Оджии-сан, если хотите, посмотрите прямо вперед. Мы прилетели. Сейчас я разверну скиттер.

Дэниел оставил свои мысленные упражнения. У него еще будет масса времени для исследования своей оптической системы и остальных органов нового тела. Он последовал совету внука.

Звезды медленно поворачивались вокруг скиттера. Млечный Путь оказался теперь прямо по курсу, а Солнце сзади. Над ними Дэниел мог видеть край пояса астероидов. С этого расстояния он напоминал одно из колец вокруг планет-гигантов, состоящее из распыленных твердых, частиц, отражающих солнечные Лучи.

Через некоторое время иллюзия пропала. Сверкающее кольцо превратилось в неисчислимое множество скалистых осколков неправильной формы, непрерывно перемещавшихся друг относительно друга, каждый из которых был виден как яркая точка или маленький диск.

— Вы собираетесь полететь туда, Йеясу?

— Нет, оджии-сан. Хоккайдо расположен вне пояса астероидов. Мы добываем оттуда нужные нам материалы, но сам Остров находится на безопасном расстоянии от них.

Дэниел кивнул.

— Мы ищем Остров?

Йеясу указал на мерцающий индикатор.

— На Хоккайдо есть радиомаяк.

Индикатор был ярко-голубым, а в его середине дважды в секунду мерцала малиновая точка.

— Если мы отклонимся от курса, точка сместится от центра экрана.

Он развернул скиттер, и мерцающее пятнышко передвинулось к краю. Затем Йеясу вернулся на прежний курс, и точка вновь заняла место в центре индикатора.

Дэниел посмотрел вперед и увидел приближающийся Остров, сначала с трудом отличимый от окружающих звезд. Постепенно он увеличивался в размерах, принимая определенную форму.

— Замечательно. Он действительно построен по проекту, разработанному О'Нейлом сто лет назад.

Разные острова имеют разную форму, оджии-сан.

— Но этот выглядит как классический цилиндр с четкой границей дня и ночи и внешними зеркалами для направления потоков солнечного света.

— Эта форма оказалась очень удачной.

Скиттер завис над Островом. Внизу Дэниел видел плоский торец цилиндра, а за ним пояс астероидов, похожий на реку, совершающую свое бесконечное движение вокруг Солнца.

Остров вращался вокруг своей длинной оси, но подвешенный в центре, огромного цилиндра диск оставался неподвижным.

— Мы здесь собираемся совершить посадку? — указал на него Дэниел.

Йеясу кивнул.

— Небольшая сила тяжести здесь есть, но наш скиттер, будет удерживаться захватами. Магнитными захватами. Мы можем оставаться в скиттере, пока его не отбуксируют внутрь, или выйти в скафандрах — как захочет уважаемый дедушка.

Дэниел потер подбородок.

— Послушайте, я хочу кое-что попробовать. Вы пойдете вперед и наденете скафандр, Йеясу. Давайте выйдем на этот, посадочный диск.

Глаза Йеясу расширились.

— Я боюсь за безопасность дедушки.

— Мне не нужен воздух для дыхания. Я теперь не дышу. Сомневаюсь, что могут возникнуть проблемы из-за отсутствия давления. Что может случиться? Радиация? Вряд ли. Может быть, я улечу из-за слабой гравитации? Думаю, триста килограммов удержат меня. В конце концов, я могу воспользоваться магнитными захватами, о которых вы говорили. Мне необходимо проверить свое новое тело. Не для того я прошел курс реабилитации, чтобы жить, как инвалид!

Йеясу наклонил голову.

Скиттер завис над диском, снизился и выполнил заход на посадку подобно тому, как самолет садится на палубу авианосца. Точно также он выпустил захват, был заторможен при помощи тросов и скользил по рельсам до полной остановки. Йеясу открыл шкафчик.

— Дедушка уверен? Здесь есть второй скафандр.

— Спасибо, — покачал головой Дэниел.

Йеясу облачился в скафандр. Он подошел к люку скиттера и последний раз обернулся к деду. В иллюминаторы Дэниел видел персонал посадочной площадки. Трос был уже отсоединен от скиттера, а захват втянут.

Дэниел подумал, что его внук выглядит, лак самурай. Скафандр Йеясу был выполнен в японском стиле. Шлем, конечно, выполнял свои функции, но формой напоминал… — Дэниел не знал названия, но вспомнил, что видел подобные в театре теней в Сан-Франциско. Сам скафандр походил на костюм самурая, а его поверхность покрывали узоры с традиционными японскими мотивами.

Йеясу взялся за рукоятку выпуска воздуха, Дэниел кивнул.

Хасегава повернул рукоятку. Заработали насосы, перекачивая воздух в систему рециркуляции. Индикатор показал, что в кабине создался вакуум.