– Вы хотите сказать, что оператор своевольничал? – уточнил продюсер. – Серьезно? Отдел спецэффектов оставили в стороне от создания сложного компьютерного шедевра? Господа, я требую разогнать отдел спецэффектов, а освободившиеся финансы включить в зарплату оператора.

Руководитель отдела и ухом не повел: колкости в просмотровом зале звучали постоянно со всех сторон, а продюсер редко бывал доволен эффектами, особенно в соотношении пунктов «цена» и «зрелищность». Привычное дело.

– Мы проверили все исходные оригинал-диски голографической камеры, – ответил Евгений Анатольевич. Как вам известно, камера записывает информацию на одноразовые болванки, для сохранности отснятого от случайного стирания, и произвести в отснятом материале компьютерные исправления невозможно. Я утверждаю, что съемки от первого до последнего байта документальны, а увиденные вами мертвецы настоящие.

– Вы уверены?

– Я всегда уверен, – Евгений Анатольевич повысил голос и эмоционально сверкнул глазами, – потому что занимаю должность по праву.

– Понял, всем замам заткнуться, – извинился председатель директората. – Значит, каждый кадр – правда, правда, и ничего, кроме правды?

– Именно так.

Присутствующие задумались. На экране мертвый толстяк в который раз показывал собаку и улыбался.

– Что предлагается сделать с отснятым материалом, господа? – спросил Григорий.

Продюсер нажал на кнопку пульта, включился свет. Через пару минут киномеханик принес коробку с монтаж-дисками фильма и положил ее перед рядами кресел на письменный столик.

– А чего это вы такие напуганные? – изумился он, увидев директорат. Присутствующие посмотрели друг на друга и начали старательно приглаживать стоявшие дыбом волосы. Довольный продюсер провел рукой по лысине и хитро улыбнулся.

– Не обращайте внимания, это профессиональное, – пояснил он. – Рабочие будни, финансовые вопросы. Сами понимаете…

– Ничего себе, будни, – изумился киномеханик. – На вас лица нет! А что за фильм снимаете? Я заинтригован.

– Всему свое время, – пояснил продюсер. Несмотря ни на что, он терпимо относился к подобным вопросам: киномеханики – тоже люди. – Вы свободны!

Киномеханик кивнул и вернулся в будку.

– Господа, – объявил продюсер. – Как я вижу по вашим вздыбленным волосам, отснятый материал поразил не только киномеханика. Я считаю, что мы впервые столкнулись с настоящим паранормальным явлением, и потому предлагаю основательно изучить данный феномен. Мое предложение директорату, – продюсер сделал паузу и дождался полной тишины, – в полном составе подстричься «под ежика».

Тишина в зале, образно выражаясь, усилилась на порядок.

– Это еще зачем? – выразил общее недоумение председатель.

– Затем, что я намереваюсь вложить в съемки фильма на данную тему немалую сумму. А вам вряд ли понравиться каждый раз выходить из просмотрового зала со вздыбленными волосами.

– Еще чего, – воскликнул председатель совета директоров, небезосновательно гордившийся роскошной белой шевелюрой. – Никаких стрижек. Срочно придумать фирменные кепки, и чтоб завтра выдали их руководящему составу.

– Тоже выход, – кивнул продюсер.

– А я считаю, что дешевле вызвать священника, – предложил второй заместитель председателя. – Пусть окропит святой водой киногруппу и утихомирит пожелавших сняться в кино покойников. Мы не занимаемся лженаукой. Это обман и ложь.

– Где обман? – продюсер повысил голос. – Сказано ведь, что кадры документальные! Вы чем слушали последние пять минут?

Заместитель опешил.

– Чего молчите? – напирал продюсер.

Заместитель злобно сверкнул глазами, но пойти против «денежного мешка» не решился.

– Ладно, уговорили, – мрачным голосом заявил он. – Черт с вами, пусть не ложь, а правда, пусть! Только не машите кулаком у меня перед носом, а то отвечу – мало не покажется: у меня первый разряд по боксу.

– По застольному? – съязвил продюсер.

Заместитель зарычал что-то неопределенное, и председатель быстро сменил тему, опасаясь, что дальнейшие дебаты на самом деле перейдут в физическую плоскость:

– Призраки могут жестоко вас покарать за вмешательство в их жизнь, ведь мы вторгаемся в запретную реальность.

– Не похоже, что они недовольны, – заметил продюсер. – Кроме того, я – профессионал, и грязной работы не боюсь.

Директорат настороженно раздумывал, как поступить. Продюсер взял быка за рога, пока раздумья не обернулись общим желанием перенести обсуждение данной тему в отдаленное будущее.

– Значит, так, – объявил он. – План действий таков: я вылетаю на место съемки и лично все переснимаю. Не увидим караван – так тому и быть, уничтожаем оригинал-диски и больше к данной теме не возвращаемся. Но если увидим, то я вкладываю деньги в первый документальный фильм о призраках, и никто из вас не чинит мне преград.. А новый фильм мы назовем так: «Туристические путешествия мира мертвых».