У Джо возникло ощущение, что для Верна это вовсе не такая уж неожиданность. Они играли друг с другом в какую-то игру. Только Джо в подобного рода играх был любителем, а Верн — профессионалом.

— Вот я и решил поработать у тебя, — завершил свой рассказ Джо.

— А почему ты не пытался за себя постоять? Похоже, они превысили свои полномочия. Подай в суд, наверняка выиграешь.

— У меня нет ни времени, ни денег с ними бороться, а мне ведь надо семью содержать, — ответил Джо честно. — И, откровенно говоря, я не очень хочу работать на людей, которые способны на такое.

Верн допил виски и заказал по порции себе и Джо.

— Джо, — сказал Верн, дождавшись, пока принесут выпивку, — мы с тобой, похоже, не совсем правильно друг друга поняли.

— В каком это смысле?

Верн усмехнулся особенно добродушно — словно ситуация была неловкой для них обоих.

— Не помню, чтобы я предлагал тебе работу в «Интервесте». Я говорил, что провожу рекогносцировку. Ты забыл?

— Нет, — ответил Джо, пытаясь разобраться в происходящем. Он все еще хотел доверять Верну. — Но я отлично понимал, что ты имеешь в виду.

— Слушай, — сказал Верн, — ничего тут не получится. Я поговорил со своим начальством. Меня спросили, хочешь ли ты на них работать, и мне пришлось честно ответить, что в настоящее время, по-видимому, нет. Надо тебе было сразу соглашаться. До истории в Шайенне.

Джо хотел было возразить, но смолчал.

— Эту работу я тебе предлагал еще и потому, что у тебя была кристально чистая репутация, — сказал Верн извиняющимся тоном. — Но в последнее время ты забыл про свои непосредственные обязанности, носишься по всей округе, пытаешься выискать что-то в деле об убийстве охотников. Не думай, что никто этого не замечает. Ходят слухи, будто ты нарочно спалил трейлер Клайда Лидгарда. Извини, Джо, но боюсь, у нас для тебя работы нет.

Джо был ошарашен — второй раз за день. Совсем не с такими новостями надеялся он вернуться домой к Мэрибет. И к девочкам. И к теще.

Больше всего на свете Джо сейчас хотелось заехать Верну кулаком в зубы. Но он этого не сделал.

— Не все потеряно, Джо, — сказал Верн. — Может, Уэйси понадобится новый помощник шерифа. Он собирается избавиться от старины Макланахана, как только его изберут. Не все потеряно.

Джо встал из-за стола и посмотрел Верну в глаза.

— Ты ошибаешься, Верн, — почти шепотом сказал он.

— Джо, слушай…

— Верн, заткнись и послушай меня. Сегодня я потерял работу и дом. Моя семья вот-вот окажется на улице. Вот получу последнюю зарплату, и все. Только что я потерял надежду на обещанную мне работу. А ты вдобавок говоришь, что моя репутация подмочена. Так что, по-твоему, еще не потеряно?

Верн положил руку Джо на плечо, но Джо сбросил ее.

— Эй, Джо! — сказал Верн. — Настало время побольше думать о самом себе, а не о семье и не о том, кто что скажет. Я вот это давно понял. — Взгляд у Верна стал жестким, губы искривились в презрительной усмешке. — Добро пожаловать в реальный мир. Где с хорошими людьми необязательно происходит только хорошее. Я предприниматель. Я делаю деньги. Тебе сделали предложение, но ты свой шанс упустил.

— Верн, ты слыхал когда-нибудь про ласок Миллера?

Уголки рта у Верна дернулись, улыбка получилась неискренней.

— Ласки Миллера — вымерший вид, — сказал Верн. — Их не существует, хотя раз в десять лет и появляются слухи, будто кто-то где-то их видел. Все это сказки — как про снежного человека.

В глазах Верна мелькнуло то самое выражение, которое Джо заметил, как только вошел. Но на сей раз мелькнул и страх. И Джо это было приятно.

Дом у Кенсинджеров был роскошный, но Джо, осмотрев его, остался равнодушен. Стены были увешаны современной живописью и английскими гравюрами восемнадцатого века. С потолка свисали индейские ковры по две тысячи долларов за штуку. В кабинете — множество полок с книгами и телескоп на треноге — в него отлично была видна река, можно было разглядывать антилоп, пришедших на водопой. Джо не покидало ощущение, что все вокруг совершенно нереально.

— Тебе принести чего-нибудь? — спросила Мэрибет, появившаяся в дверях.

Он взглянул на нее так, будто увидел впервые. Она была в широкой футболке, едва прикрывавшей бедра. Тонкая ткань обтягивала выпуклый живот. А ноги были по-прежнему стройными и крепкими. Выглядела она очаровательно.

Он, как только пришел, тут же ей все рассказал: и про то, что случилось в Управлении, и про Дейва Эвери, и про то, что говорил Верн о работе и о репутации Джо.

— Значит, он все-таки продемонстрировал свою власть над тобой, — сказала тогда Мэрибет. — Знаешь, Верн Даннеган — единственный человек, которого я научилась по-настоящему ненавидеть.