Мимо локтя пролетела дверь в комнату оперативного дежурного. Из-за хлипкой деревянной створки донесся обрывок разговора. Тревожный, как настроение Сергея.

– …не могу. Нет, не могу! Ты что, с ума там в Москве своей сошел? Мне на Ту-160-й необходимо разрешение повыше тебя… Как уже есть?! Где смотреть?.. Вот же бля… Переключай. Есть! Так точно! Поднимаю немедленно, товарищ генерал-лейтенант.

В последнее время сто шестидесятые «тушки», мощнейшие в мире сверхзвуковые стратегические бомбардировщики-ракетоносцы, поднимались только в случае серьезной опасности. Ту-160 был весомым ядерным аргументом, способным подавить современной крылатой ракетой любую стационарную цель. Причем большинство таких ракет программировалось еще на базе, пилоту достаточно было нажать на «спуск» и спокойно вернуться домой, в то время как на вражеской территории разрастался ядерный гриб.

«Значит, действительно война…»

Пара шагов, и вот он – класс предполетных указаний. Сергей козырнул с прохода и резво заскочил за парту. Следом, с отрывом всего лишь в несколько секунд, в инструктажную влетел майор Незрелых. Все их подразделение в полном составе: четыре звена – шестнадцать человек в общем количестве. Каждый уже прошел боевое крещение огнем, а потому лица напряженны и серьезны.

Заметно нервничал лишь полковник Масленкин, сидящий за столом в начале инструктажной. Тучный, все лицо и шея в складках, он очень потел; старику давно пора поправить фигуру, но в последнее время из-за тревожных слухов о близящемся конфликте с американцами на это почти не обращали внимания. Вытирался широким бумажным полотенцем и что-то бормотал под нос. Зыркнул с прищуром на опоздавших Сергея и Незрелых, недовольно кивнул. Щелкнул клавишами на ноутбуке, учебная доска осветилась черно-белым снимком.

– Знакомая штука? – спросил Масленкин. – Кто-нибудь такое уже видел?

Все с удивлением смотрели на фотографию. Не отозвался никто – вместо ожидаемого снимка воздушной или спутниковой разведки на доске отображался широкоформатный негатив. В крайнем углу сияла четко обрезанная половинка прибывающей Луны, за ней расстилалась звездная россыпь, немного смазанная на фоне космической черноты.

– Ну, что это? – Масленкин нетерпеливо побарабанил кончиками ногтей по краю ноутбука.

– Ночное небо, товарищ полковник, – ответил кто-то из-за спины Сергея.

– От, лядь, молодец, Чернышов, – восхитился Масленкин. – Если бы ты не сказал, я бы и не понял. Еще чего-нить мудрого скажешь?

Чернышов благоразумно промолчал. Все знали, что полковнику только дай – будет поносить и материться даже во время боевого вылета, невзирая на записывающую «урок» аппаратуру. Стрессы так компенсирует…

– Итак, мы уже догадались, что перед нами ночное, вернее, для нас еще – вечернее небо. – Масленкин бросил взгляд на часы. – Таким оно выглядело два часа назад – это снимок радиотелескопа на Камчатке. Теперь… – он щелкнул клавишей, – выглядит так.

Кто-то присвистнул.

Половинка Луны и несколько звезд чуть выше линии горизонта остались на месте. А небосвод поменялся до неузнаваемости.

– Что это? – выдохнул Сергей.

– Это ты у меня спрашиваешь, Бушко? – нахмурился Масленкин. – Откуда я, лядь тебе турбину навыворот, знаю, что это такое? У вас спрашиваю, красавцы.

Небо почти целиком занимала громадная масса. Звезды потерялись за густым облаком черных и серых разводов. Кое-где в нем проглядывались странные объекты с размытыми краями, среди них Сергей рассмотрел несколько треугольников и квадрат. Выглядело это так, будто сумасшедший художник выплеснул на астрономический негатив стакан с красками, а потом дрожащей рукой дорисовал несколько волнистых фигур.

Видя, что пилоты начали удивленно переглядываться, Масленкин пояснил:

– Это к нам из космоса идет. Со стороны Северной, лядь, Америки, товарищи офицеры.

– Японцы?

– А х… его знает, Высоцкий. Х… его знает. Скорее всего Содружество что-то затеяло. Смотрите внимательно и запоминайте.

Толстый полковничий палец вновь опустился на клавишу.

На доске снова возник снимок Луны и звезд. На сей раз – без загадочного облака.

– Это снято сорок минут назад.

– Исчезло, – сказал озадаченный Сергей. – Может быть, это помехи какие-нибудь? Или дефект фотоснимка.

– Из-за этого дефекта, – Масленкин снова вытер пот, – подняты все силы России. От дальней авиации до морского флота. Причем полчаса назад… – полковник отвлекся, чтобы нажать на клавишу. – Вот.

На доске расстелилось закрывающее большую часть небосвода бесформенное пятно. С едва заметными треугольниками и квадратами в глубине.

– Разрешите обратиться, товарищ полковник, – не стерпел Сергей. Дождался, чтобы голова Масленкина качнулась и вздулись жировые складки под подбородком. – Объект находится ближе Луны?

– Группа объектов, – поправил его командир. – Группа е…ных объектов в виде облака. Объем и масса неизвестны. И да, сынок, часть ее намного дальше Луны, чем ты себе можешь представить.

Судя по размерам, загадочное формирование могло быть больше Земли в несколько раз.

– От этой пи… – хрени тянется такая вот б…я клякса, – продолжил полковник, не заморачиваясь поддержанием норм уставной речи; ситуация действительно была нестандартная, как раз к словцу. – Движется она, товарищи офицеры, прямиком в экзосфере. Когда именно там появилась – неизвестно. Лезет к нам от пиндосов, поэтому пытались с ними связаться. В ответ, как говорится, тишина. Кажется, так когда-то пел твой однофамилец, товарищ Высоцкий? Из Североамериканского содружества за последние два часа не пришел ни один, лядь, сигнал. Слышали? Ни-и о-дин. Будто бы они там все дружно мылом натерлись и на х… сели. Спутники регистрируют на их территории отсутствие движения.