Он взмахнул рукой с зажатой в ней сигаретой, и я догадался, что он собирается выйти из помещения, чтобы перекурить. Где-то поблизости находился служебный выход.

— Как побыстрее попасть отсюда на парковочную площадку?

Повар указал куда-то мимо меня.

— Вон там находится погрузочно-разгрузочный док… Эй, приятель, поберегись!

Я начал поворачиваться к лифту как раз в тот момент, когда меня таранил контейнер для грязного белья. Он ударил меня металлическим ребром в нижнюю часть бедра, заставив верхнюю часть тела перегнуться через его край. Я инстинктивно выставил вперед руки, чтобы смягчить падение, и под кучей простыней, полотенец и скатертей ощутил нечто хотя и сравнительно мягкое, но куда более массивное, чем остальное содержимое контейнера. В следующую секунду я понял, что под бельем скрывается Рейчел. Уцепившись за край контейнера, я вернулся в вертикальное положение и снова утвердился на ногах.

Потом я поднял голову и увидел закрывающиеся двери служебного лифта. В кабинке стоял и давил на кнопку закрывания дверей мужчина в красном пиджаке. Я всмотрелся в лицо этого человека и узнал его по снимку, полученному мной ранее по электронной почте. Хотя сейчас он был чисто выбрит и носил светлый парик, передо мной, без сомнения, находился Марк Курье собственной персоной. По счастью, над этой дверью лифта имелся указатель направления движения, и я, увидев зажегшуюся алую лампочку верхнего этажа, понял, что он едет наверх.

Вновь перегнувшись через край тележки, я предпринял попытку освободить из-под груды белья Рейчел. На ней была та же самая одежда, которую она носила в начале дня. Она лежала лицом вниз, а ее руки и ноги, стянутые в щиколотках и запястьях, были связаны вместе у нее за спиной. Изо рта и носа у нее капала кровь, а взгляд казался помутневшим и отстраненным.

— Рейчел!

Я протянул руку и вытащил у нее изо рта кляп.

— Рейчел, ты в порядке? Ты слышишь меня?

Она не ответила. Мужчина в поварском халате и фартуке подошел к контейнеру и заглянул в него.

— Какого дьявола здесь происходит?

Рейчел была связана проводом в полиэтиленовой оболочке. Я вытащил из кармана складной штопор и маленьким лезвием, предназначавшимся для срезания фольги или пластиковой обтяжки с горлышка бутылок, начал перепиливать этот провод.

— Помогите мне выбраться отсюда!

Мы с поваром осторожно извлекли ее из контейнера и положили на пол. Я присел рядом с ней на корточки и осмотрел нос и рот, дабы убедиться, что запекшаяся кровь не перекрыла дыхательные пути. Хотя в носу у нее виднелись сгустки крови, во рту, по счастью, ничего подобного не наблюдалось. Ее здорово избили, и лицо у нее постепенно отекало.

Я поднял глаза на парня в фартуке.

— Вызывайте гостиничную службу безопасности. И звоните по номеру девять один один. Вперед!

Он побежал к находившемуся в заднем холле телефону. Я опустил глаза на Рейчел и заметил, что она начала постепенно приходить в себя.

— Джек?

— Все нормально, Рейчел. Ты в безопасности.

В ее глазах проступали испуг и боль. Я почувствовал, как у меня внутри начал нарастать гнев.

Я услышал крик повара из дальнего конца холла:

— Они едут! Парамедики и полиция…

Я даже не посмотрел на него, ибо все мое внимание было поглощено Рейчел.

— Ты слышала? Помощь уже в пути.

Она кивнула, и я заметил, как стали оживать ее глаза и черты. Потом она закашлялась и сделала попытку присесть. Я помог ей приподняться, после чего заключил в объятия.

Она что-то прошептала, но так тихо, что я не расслышал. Тогда я чуть отодвинулся от нее и попросил повторить.

— А я думала, ты в Лос-Анджелесе…

Я улыбнулся и покачал головой:

— Не такой уж я идиот, чтобы отдаляться от сенсационной истории. И от тебя, Рейчел. Я хотел удивить тебя, заявившись в твой номер с бутылкой вина. Тогда его и увидел. Этого самого Курье.

Она едва заметно кивнула.

— Ты меня спас, Джек. Я не узнала его, хотя и посмотрела предварительно в замочную скважину. А когда открыла дверь, было уже слишком поздно. Он сразу же нанес мне сильнейший удар. Я попыталась сопротивляться, но у него был нож.

Я ответил, что все понимаю и ее объяснения мне не требуются.

— Скажи лучше, он был один? Макгинниса, случайно, не видела?

— Я видела только Курье. Но опознала слишком поздно.

— Хватит уже беспокоиться по этому поводу.

Повар, который звонил по телефону, теперь переговаривался с каким-то человеком в таком же кухонном облачении. Я жестом предложил им подойти поближе. Поначалу они заколебались, но потом приблизились. Первым стоял тот парень, который сказал, что здесь прогуливаться не положено.

— Вызовите мне этот лифт, — сказал я.