– Стой! – заорала я. – Ты арестован! Стой, а то буду стрелять!

Глупейшая вещь, потому что пистолета–то у меня не было. Даже будь у меня оружие, вряд ли я выстрелила бы в него. Альфонс обернулся через плечо, чтобы проверить правдивость моих угроз, и этого оказалось достаточно, чтобы сместить центр тяжести его жирной туши и лишить его равновесия. В результате он споткнулся, а я нечаянно врезалась в его студенистое тело.

Мы оба шлепнулись на тротуар, где я вцепилась в него намертво. Альфонс пытался встать на ноги, а я пыталась удержать его на земле. Я уже слышала в отдалении сирены, и к нам с криками бежали люди. А я только и думала, что должна продержатся, пока не подоспеет подмога. Он уже стоял на коленях, а я вцепилась в его рубашку, а он пытался меня смахнуть, как какого–то жука.

– Тупая сука, – ругался он, вставая на ноги. – У тебя нет пистолета.

Меня называли по всякому. И вот это выражение не числилось в списке любимых. Я схватилась за отворот на брюках и дернула Альфонса за ногу. Кажется, на мгновение он завис в воздухе, а потом рухнул на землю с таким грохотом, что земля содрогнулась, выдав землетрясение 6,7 баллов по шкале Рихтера.

– Я тебя прикончу, – пыхтя и потея, выговорил он, развернувшись и пытаясь добраться до моего горла. – Я тебя, на хрен, убью.

Я скорчилась под ним и вонзила зубы ему в плечо.

– Ой! – заорал он. – Твою мать. Ты что, какая–то чертова вампирша?

Мы катались по земле, кажется, уже несколько часов, намертво сцепившись. Он пытался прикончить меня, а я впилась в него, как клещ в собачью шкуру, забыв об окружающих и о том, в каком виде у меня юбка, боясь, что если отпущу, то он забьет меня до смерти. Я уже вымоталась и думала, что дошла до предела, когда меня окатило холодной, как лед, водой.

– Что? – воскликнула я. – Что?

Я протерла глаза и увидела, что вокруг нас собралась большая толпа. Морелли и Рейнджер, парочка патрульных и народ, живущий по соседству. Плюс миссис Рузик, державшая в руках большую пустую кастрюлю.

– Всякий раз хорошо срабатывает, – заявила миссис Рузик. – Только обычно я разнимаю котов. В этом районе развелось много бродячих кошек.

Рейнджер усмехнулся, глядя сверху на меня:

– Отличная хватка, Тигр.

Я поднялась на ноги и провела инвентаризацию своего тела. Кости не сломаны. Пулевых ранений не имеется. Ножевых тоже. Испорченный маникюр. С волос и платья течет вода. Нечто, напоминавшее овощной суп, пропитало юбку.

Морелли с Рейнджером вытаращились на мой бюст и улыбались, уставившись на мокрое платье, прилипшее к телу.

– Да, у меня есть соски, – резко бросила я. – Смиритесь с этим.

Морелли дал мне свою куртку.

– Откуда овощной суп на юбке?

– Гад ударил меня мешком с мусором.

Морелли с Рейнджером опять заулыбались.

– Только молчите, – предупредила я их. – И если вам дорога ваша жизнь, перестаньте ухмыляться.

– Эй, слушай, – заговорил Рейнджер, еще шире ухмыляясь. – Меня здесь нет. Я уже транспортирую Блуто.

– Шоу окончено, – заявил Морелли соседям.

Здесь присутствовала Сэнди Полан. Она оценивающе смерила Джо взглядом, хихикнула и удалилась.

– К чему бы это? – спросил меня Джо.

Я развела руками:

– Сама удивляюсь.

Я поменяла его куртку на свой свитер, когда добрались до его машины.

– Из чистого любопытства: как долго ты стоял, наблюдая нашу с Рузиком схватку?

– Недолго. Минуту–две.

– А Рейнджер?

– То же самое.

– Ты мог бы вмешаться и помочь мне.

– Мы пытались. Но ты так кувыркалась, что мы никак не могли тебя схватить. Во всяком случае, с виду было похоже, что ты сама справляешься.

– Как ты узнал, где я?

– Позвонил Рейнджеру. Он вызвонил твой сотовый.

Я осмотрела платье. Наверно, ему конец. Хорошо, что я не надела то, маленькое черное и выдающееся.

– Где ты был? Я ходила в мужской туалет, но он оказался пуст.

– Фрэнки нужно было немного проветриться. – Морелли остановился на светофоре и взглянул на меня. – Что на тебя нашло, что ты так бросилась за Альфонсом? Ты же была безоружна.

Не погоня за Альфонсом беспокоила меня. Ладно, допустим, не самая блестящая мысль была так поступить. Но и не самая глупая по сравнению с тем, чтобы гулять по улице одной и без оружия, когда меня преследовал Рамирез.

Морелли припарковал пикап на стоянке и проводил меня до квартиры. Там прижал к двери и легонько поцеловал в губы:

– Могу я войти?

– У меня кофейная гуща в волосах.

И Рэнди Бриггс в квартире.

– Ага, – признал Морелли. – От этого ты пахнешь чем–то родным и домашним.