– Она кузина жениха.

Вдруг толпа замолчала. На мгновение наступила гробовая тишина, а затем возобновились разговоры, начиная с приглушенного ропота и, наконец, переходящие в рев.

– Что это все замолчали? – спросила я Джо.

– Явление бабули Беллы. По толпе пронеслась волна страха.

Я посмотрела в сторону входа – так и есть, это была она… бабушка Джо, Белла. Миниатюрная женщина с седыми волосами и пронзительным орлиным взглядом. Она носила черное и выглядела, как сицилийка, пасущая коз, превращавшая жизнь своих снох в настоящий ад. Некоторые верили, что Белла обладала особой силой… кое–кто думал, что она сумасшедшая. Даже не верящие остерегались вызвать ее гнев.

Белла орлиным оком обвела зал и выделила меня.

– Ты, – сказала она, тыча в меня костлявым пальцем. – Ты, иди–ка сюда.

– О, черт! – прошептала я Джо. – Сейчас–то что?

– Просто не позволяй ей учуять страх, и все обойдется, – посоветовал Джо, ведя меня сквозь толпу, поддерживая ладонью сзади за талию.

– Эту я помню, – заявила Джо бабуля Белла, имея в виду меня. – Это та, с которой ты сейчас спишь.

– Ну, в общем–то… – начала я.

Джо провел губами по моему затылку.

– Я стараюсь.

– Я вижу младенцев, – продолжала бабуля Белла. – Ты подаришь мне много правнуков. Я такое вижу. У меня глаз. – Она ткнула пальцем в сторону моего живота. – Ты созрела сегодня. Сегодня подходящий день.

Я взглянула на Джо.

– Не беспокойся, – заверил он. – У меня есть, чем предохраниться. Кроме того, глаза не существует.

– Ха! – возмутилась бабуля Белла. – Я наложила сглаз на Рея Барколовски, и у него выпали все зубы.

Джо усмехнулся своей бабуле:

– У Рея Барковски был пародонтит.

Белла покачала головой.

– Молодежь, – сказала она. – Ни во что не верят. – Она взяла меня за руку и потащила за собой. – Пойдем. Тебе следует познакомиться с семьей.

Я оглянулась на Джо и ртом показала:

– Выручай!

– Сама справишься, – откликнулся Джо. – А мне нужно чего–нибудь выпить. Изрядную порцию.

– Это кузен Джо, Луис, – представила бабуля Белла. – Луис изменяет своей жене.

Тридцатилетний Луис выглядел как ломоть свежего белого хлеба. Мягкий и пухлый. Поглощающий закуски. Он стоял рядом с маленькой смуглой женщиной, и по взгляду, который она на него бросила, я поняла, что это и есть его жена.

– Бабуля Белла, – произнес он каркающим голосом, с набитым крабовыми шариками ртом, щеки его покрылись пятнами. – Я никогда бы…

– Замолчи, – приказала та. – Я такие вещи знаю. Ты мне не лги. Я наложу на тебя сглаз.

Луис всосал несколько шариков, и глотку его заклинило. Лицо покраснело, затем стало синюшным. Он замолотил руками.

– Он задыхается! – предупредила я.

Бабуля Белла приложила палец к глазу и заулыбалась, как злая ведьма из «Страны Оз».

Я хорошенько стукнула Луиса между лопаток, и крабовый шарик вылетел у него изо рта.

Бабуля наклонилась поближе к Луису.

 – Обманешь снова, и в следующий раз я убью тебя, – предупредила она.

И направилась дальше к кучке женщин.

– Одно ты должна усвоить насчет мужиков Морелли, – обратилась она ко мне. – Не позволяй, чтобы им это сходило с рук.

Сзади меня подтолкнул локтем Джо и сунул в руку выпивку:

– Как все прошло?

– Отлично. Бабуля Белла сглазила Луиса. – Я глотнула. – Шампанское?

– Цианида не нашлось, – предупредил он.

* * * * *

В восемь часов официанты убрали со стола тарелки, заиграл оркестр, и все итальянские леди высыпали на танцплощадку потанцевать друг с другом. Между столов с воплями и визгом бегали дети. Свадебное торжество переместилось в бар. А мужчины Морелли вышли на задний двор покурить сигары и потрепаться.

Морелли отказался от сигарного ритуала и, откинувшись в кресле, изучал пуговки на моем платье.

– Мы можем сейчас уйти, – заметил он. – Никто и не заметит.

– Твоя бабуля Белла заметит. Она все вокруг видит. Думаю, она может опять заняться этими своими штучками с глазом.

– Я ее любимый внук, – сказал Морелли. – Мне можно не опасаться ее глаза.

– Так тебя бабуля Белла не пугает?

– Ты единственная, кто пугает меня, – признался Морелли. – Хочешь, потанцуем?

– Ты танцуешь?

– Когда требуется.

Мы сидели очень близко, соприкасаясь коленями. Он наклонился вперед, взял меня за руку и поцеловал ладошку, я почувствовала, как загораются и начинают плавиться мои кости.