— Вика, ты здесь? Привет!

Девушка вскочила со скамеечки, сидя на которой она распарывала какое-то платье.

— Ой, Ермолай! А как ты меня нашёл?

— Ну, меня кое-чему научили… Ты, я вижу, тоже занималась?

Болтая с девушкой, он понял, что сложностей группе она не создаст. Уверенная в себе, но при этом скромная. Качество, довольно редкое среди идущих Путём Радуги. Известие о свадьбе она встретила с восторгом — но даже при этом её мысленный отпечаток оставался блеклым, как будто Клюзова была напрочь лишена необычных для рядового человека талантов.

— Батя, я Викторию пригласил, — сообщил жених, вернувшись.

Николай Владимирович кивнул. В планах Клюзова была уже учтена, как и Богомолов с Рахимовым.

— Обычных людей что, вообще не на свадьбе будет? — поинтересовался Леонид.

Жених знал, чем вызван его интерес: с обычными людьми отношения у Куткова складывались не лучшим образом, и он надеялся хотя бы в Ручейном отыскать тех, кого можно было бы счесть по-человечески нормальными.

— Почему не будет? Анна, Марина — сёстры Ермолая, самые обычные девушки, без всяких чрезвычайных способностей. Придут ещё соседи, люди в возрасте, — ответил с явным неодобрением Харламов-старший.

Леонид заметил, что Марина просто не вышла годами для путешествия на Край. А вот в Анне он определённо что-то родственное почувствовал, и считать её обычной девушкой не соглашался.

— Ты знаешь, в Ручейном множество людей с талантами. И их способности вызывают уважение. Но вслух об этом стараются говорить как можно реже. Не стоит выделяться и нервировать окружающих. Посёлок маленький, наличие способностей у кого-то может оказаться кружкой бензина в костре бытового конфликта, — предупредил Ермолай приятеля. — На берег прогуляться не хочешь? Бирюсу посмотришь, Костю с рыбалки вытащим…

Река сверкала синевой, по поверхности стремительно проносились водовороты, камни на дне пестрели разноцветными пятнами. Бирюса даже возле посёлка оставалась чистой, чего нельзя было сказать о захламлённом кусками древесины береге. Улов у Кости оказался посредственным — всего-то пяток средней величины рыбешек.

— Ерёма, друг! — бросился он обниматься. А потом протянул руку Лёньке, — Костя, ни рыба, ни мясо. Будущий счетовод.

Костино пребывание в исследовательской лаборатории закончилось, чему он откровенно радовался. Правда, в последние дни было довольно интересно.

— …Приезжали разные люди — я был тогда возле восточного Края — каждый сажал меня в кресло, смотрел в глаза. А потом я вдруг оказывался вместе с ним в воображаемом мире. Только оба мы были в костюмах Адама. Когда дамы приезжали, было иногда интересно. Вот, голышом мы в воображаемом мире отправлялись к Краю — там он тоже был, и я рассказывал, что вижу. А потом мгновенно оказывался в кресле, уже одетый. Миры, кстати, казались абсолютно реальными. И кожу я там сдирал о камни, и солнечные ожоги получал, и даже пальцы ног однажды чуть не отморозил…

Позднее, когда они возвращались в посёлок и Богомолов закончил рассказывать о животных, которых он встречал в воображаемых мирах, Ермолай поинтересовался, рекомендовано ли ему об этом рассказывать посторонним.

— Вам можно, — с солидным видом произнёс Костя. — Они же понимают, что молчать об этом будет трудновато. Надо только выбирать, кому что говорить. Вот вы, я думаю, тоже в таких мирах бывали?

Жених и свидетель переглянулись. Затем по очереди признались, что да, доводилось. Рассказ про сверх-сокола получился детальным, а затем Кутков без подробностей описал медвепута.

— Но сам я, как он пользуется удочкой, не видел. Так что, может, преувеличивают.

— А нас переносят, — вдруг заговорил о другом Константин, — новая лесопильня уже строится, зимой начнет работать. А старую, которая здесь, через несколько лет просто бросят, она своё отработала. За это время весь лес в округе сведут, и пустырь саженцами засадят.

— А почему он там голым оказывался?

— В общие миры все попадают в натуральном облике, одежда и прочие предметы туда не проходят, — ответил Леонид.

Они стояли возле дома родителей, расставшись с Костей, который понёс улов домой. Новость оказалась не очень приятной. Юноша представил всю их группу голышом, в неизвестном мире, о котором даже они, его открыватели, ничегошеньки не знают. Мороз ли, жара, твари ли кусачие?

— И что, все так нудистами и бродят?

— Если в мире есть из чего изготовить одежду, её изготавливают. Кинетики в каждой группе на что? А некоторые миры так и бросают, температурный режим экстремальный, а обувь-одёжку сварганить не из чего.