Шрифт:
– Э, "давай говори, а то хуже будет"? – предположил Нобби.
– Неплохая попытка – признал Ваймс – Я сомневаюсь, сэр, что сотню лет назад кто-нибудь в Анк-Морпорке знал гномьи или тролльские слова. Возможно, послание было адресовано людям? Наверняка где-то поблизости на равнинах было человеческое поселение, там ведь такое изобилие рыбы и птицы!
– Может, еще какие-нибудь человечьи слова попробуешь, а, Нобби? – предложил Король.
– Окей. Откройся, говори, скажи что-нибудь, болтай, по секрету всему свету, играй…
– Нет, нет, мистер Ваймс! Он все делает неправильно! – прокричал Фред Колон – Все же происходило в давние времена, так? Значит, нужны старинные слова, вроде, э… "отверзнись"!
Ваймс рассмеялся, пораженный этой идеей. "А что – подумал он – может, и сработает. Дело же не в словах, а в звуках. Шумы…"
Скромникссон озадаченно наблюдал за их попытками.
– Как по-гномьи звучит "открыть", мистер Скромникссон? – спросил Ваймс.
– В значении "открыть книгу"? Это будет "дхве", коммандер.
– Хмм. Не сработало. Как насчет… "говорить"?
– Ну, это будет "ааргк", или, в повелительном наклонении, "корк!", коммандер. Знаете, я не думаю, что…
– Извините! – громко сказал Ваймс.
Шум голосов смолк.
– Ко! – сказал он.
Синие и зеленые искры перестали мерцать, вместо этого они сдивнулись по металлической поверхности, образуя узор синих и зеленых квадратиков.
– Я думал, художник не знал гномьего – заметил Король.
– Он и не знал, зато свободно говорил на цыплячьем! – сказал Ваймс – я все это попозже объясню…
– Капитан, приведите грэгов – резко приказал король – И арестованных тоже, включая даже троллей. Все должны услышать это!
Ваймс ощущал кожей, что поверхность куба как будто шевелится. Некоторые из синих и зеленых квадратиков слегка приподнимались над поверхностью металла.
Куб начал говорить. Это был трескучий язык, похожий на гномий, но Ваймс не мог разобрать ни слова. Затем последовало громкое постукивание.
– Пупосторонний гномий язык времен Второго Собора – сказал Скромникссон – по датам совпадает. Кто бы это ни говорил, он только что сказал: "Работает ли штука сия?"
Голос зазвучал снова. Скромникссон переводил старинные трескучие фразы:
– Первое, что Так совершил, себя написал он; второе, что Так совершил, Законы написал он; третье, что Так совершил, Мир написал он; четвертое, что Так совершил, пещеру написал он; пятое, что Так совершил, жеод написал он; яйцо каменное; и в полумраке устья норы каменной, из яйца Братия народились; первый Брат грядеше к свету и встал под небом чистым…
– Это просто история из священной книги "То, что написал Так" – прошептала Живчик на ухо Ваймсу.
Ваймс пожал плечами, и тут заметил, что телохранители втолкнули в круг старых грэгов, в том числе и Пылкого.
– В этой истории нет ничего нового, необычного? – разочарованно спросил он.
– Ее каждый гном знает наизусть, сэр.
– …и стал он первым Гномом – переводил Скромникссон – и обрел законы, начертанные Таком, и был он протемнен…
Трескучий голос продолжал говорить, и Скромникссон, закрывший глаза, чтобы лучше сосредоточиться, вдруг широко раскрыл их в полном изумлении.
– …ух… Тогда взглянул Так на камень, и камень ожить пытался, и улыбнулся Так, и написал: "все твари стараются" – переводил гном, повышая голос, чтобы перекрыть нарастающий вокруг шум – и придал он камню форму первого Тролля, и возрадовался, глядя на жизнь пришедшую непрошенной. Вот что написал Так!
Последние слова гном уже прокричал.
Ваймс почувствовал себя лишним. Казалось, кроме него абсолютно все спорили друг с другом. В воздухе замелькали топоры.
– ТОТ, КТО ГОВОРИТ С ВАМИ СЕЙЧАС, ЭТО Я, Б'ХРИАН КРОВАВЫЙ ТОПОР, ПО ПРАВУ ЛЕПЕШКИ [173] ИСТИННЫЙ КОРОЛЬ ГНОМОВ! – прокричал Скромникссон.
173
Король гномов должен восседать на церемониальной лепешке гномьего хлеба, которая бережно передается из поколения в поколение. – прим.перев.
В пещере наступила тишина, и только его крик возвращался эхом из тьмы.
– Нас смыло наводнением в пещеры. Мы искали друг друга, голоса во тьме. Мы умираем. Наши тела изодраны бешеным потоком с зубами из камней. У нас нет сил выбраться. Вода окружает нас повсюду. Это свидетельство мы вручаем молодому Крепкоруку, который сохранил силу и подвижность, в надежде, что оно достигнет света дня. События сегодняшнего дня не должны быть забыты. Такого финала никто не ожидал! Мы пришли, чтобы подписать соглашение! Оно готовилось в секрете много лет!