На самом деле, Долл сокрыла не так уж много. То что произошло с ней в измерении нави действительно сложно было выразить словами. Фактически она умолчала лишь о Мёриел. Что-то подсказывала девушке, что появление птицы-которая-становится-человеком, и притом является практически твоим близнецом, не является чем-то нормальным даже в мире магии. Вряд ли вампирессу отправят в психиатрическую клинику. Для сумасшедших вампиров существует только одно лекарство – золотой клинок в сердце. И, не смотря на то, что Флай спасла ее, Долл не слишком-то обольщалась на ее счет. Почему-то блондинка была уверена, что Охотница такая же сторонница радикальных методов решения проблем, как и она сама. И девушке очень не хотелось оказаться той самой “проблемой”.

***

Последний, один-единственный день. Завтра – если верить загадочным изысканиям Флай – решится ее судьба. Ладно, скажи Долл кто-нибудь, что ее судьба решится на школьных танцах... В общем, это было и смешно и грустно, но девушка уже успела уяснить, что жизнь вообще двойственна.

К примеру, несмотря на всю свою напряженность, Долл твердо решила повеселиться на Рождественском балу. Если она проиграет, то хоть повеселиться напоследок. Если выиграет – будет, что отпраздновать.

Девушка понимала, что эта загадочная игра, которую затеял с ней Первый, становится серьезней. Закончились аккуратные прощупывания почвы и запугивание противника. В конечном итоге остается всего два варианта: Жизнь и Смерть. Игра, самая простая, жестокая... и самая древняя. Без правил. Без жалости к проигравшим. Ты не выиграл – значит, ты уже труп... Теперь все по-взрослому. И жертв не избежать.

Погружение в собственные кошмары было ужасным. Но в тоже время, Каин, сам того не ведая, помог Долл разобраться в себе. Выбор сделан, ставки сделаны. Ставок больше нет – на кону все. Завтра ее мир, наконец, обретет целостность... или разрушится окончательно.

Но девушка не знала, что перед главной битвой ей предстоит пройти еще одно испытание – возможно, даже более трудное.

Взгляд изумрудных глаз. Пронзительный и одновременно такой нежный. Семаргл был рядом, и Долл было спокойно и хорошо рядом с ним. Вероятно, для кого-то между этими чувствами и любовью можно было поставить знак равно. Но не для Долл. Она знала, что комфорт – это еще не любовь. И, несмотря на безмятежность, которой ее наполнял Антон, девушка ощущала, что не была окончательно... целой. Да, именно целой. Алекс вырвал кусок ее сердца и только он мог вернуть его ей. Он или никто.

Взгляд. Как он может одновременно приносить в душу мир и хаос? Взгляд обладает особой силой, но всегда остаются слова, которые он пытается донести. Три слова.

– Я. Люблю. Тебя...

Короткая фраза, однако в нее столько вложено... Ты – моя жизнь. Дышу ради тебя. Умру, если прикажешь.

Думаете, сложно сказать признание в любви? Да, это так. И все же есть кое-что, в чем признаться намного трудней. Всего на одно слово больше... но как оно все меняет!

Как сказать безжалостную правду: “Я не люблю тебя”? А как сказать это человеку, который, тем не менее, очень нужен тебе?

Долл знала, что у нее есть выбор. Она может сказать эту правду – разбить Антону сердце – остаться одной. И может соврать... В тот момент девушка не задумывалась о пресловутой “лжи во спасение”. Даже если она кого и спасала, то только себя. Что такое зло? Это когда ты знаешь, что поступаешь плохо... но знание тебя не останавливает. Полное осознание своих действий – и их последствий. Хладнокровное. Жестокое. Расчетливое. Вот какое оно – настоящее зло.

“Прости... возможно, когда-нибудь ты сможешь меня понять...”, – виновато подумала девушка. А вслух сказала.

– Я тоже тебя люблю...

Теплые губы Охотника будто поставили на ней печать. Печать лгуньи и предательницы. Она не стала отстраняться, позволила поцелую захватить себя. Хотя Долл и показалось, что в этом поцелуе была горечь ее лжи и ее отчаяния.

“Я хочу быть свободной. Жаль, что для того, чтобы достигнуть цели, я должна причинять тебе страдания”. К ней вернулось то, от чего Долл так старательно отгораживалась шесть месяцев. Она чувствовала. Вину и боль. Ей действительно было искренне жаль. Вот только это ничего не меняло.

Глава 22. Время правды или Игра в цвета.

Долл все же удалось ненадолго сбежать из-под опеки Антона. Ей нужно было подумать о многом... и купить платье к балу. Возможно, кому-то такое поведение показалось бы легкомысленным. Возможно, это так и было.

Чутье говорило девушке, что Каин не нападет сейчас, приберегая силы для кульминации. Но для Антона голос интуиции не являлся достаточно веским аргументом – оставлять Долл одну он не собирался. В качестве телохранительницы к ней приставили Флай. Еще совсем недавно Долл бы возмутилась такому решению и сделала все, чтобы избавиться от Охотницы. Но оставаться дома и дальше чувствовать на себе этот влюбленный взгляд, уличающий ее в обмане – это было совершенно невыносимо.