У ганианца озноб продрал по коже.

Сев на один из блоков, он решил подождать, пока разум Алана выпутается из компьютерных тенет.

Видимо, Макмиллан все же воспринимал краем сознания присутствие постороннего, потому что прошло менее минуты, и он вдруг поднял руку, осторожно извлекая из височного импланта толстый жгут нейросенсорного шунта.

Изображение на четырех мониторах тут же потускнело, истончилось, словно чуждая реальность растворилась в нейтральном фоне…

Макмиллан некоторое время сидел с полуприкрытыми глазами, потом его кадык несколько раз дернулся, словно Алан безуспешно пытался сглотнуть вставший в горле комок, и наконец он открыл глаза.

— Это ты Хаким… — Он разглядел ганианца в сумраке виртуальной кабины и потянулся за бокалом тоника, заранее приготовленным к моменту выхода из виртуальной среды.

Выпив тонизирующий напиток, Макмиллан с шумом выдохнул и потянулся так, что отчетливо хрустнули суставы.

— Ну что, проверил информацию? — спросил он, разворачиваясь к Хакиму вместе с креслом.

— Да, Алан, я признаю, что неверно относился к твоей работе. — Хаким деланно развел руками. — Ты же понимаешь, у каждого человека свой взгляд на мир.

— Понимаю, — согласно кивнул Алан и вдруг хищно улыбнулся. — Я знал, что ты верно истолкуешь данные распечатки.

— Большие деньги, Макмиллан, — осторожно начал Зураб. — Очень большие. Эта древесина стоит…

— Оставь коммерцию при себе, Хаким. Если бы мне нужны были деньги, я бы ограбил банк на Стелларе.

— Тогда что тебе нужно? — неподдельно поразился Зураб.

— Тебе будет сложно меня понять. Я уже говорил — это азарт. Кайф, которого не поймаешь ни от какой дури. Тонкая линия, клиническая смерть, ощущение слияния с абсолютно чуждым миром… Знаешь, я еще ни разу не сталкивался с подобной задачей. Если система меня распознает, мои мозги… они просто сгорят, как хреновый компьютер… Там грань между жизнью и смертью, каждый шаг может стать последним, и нет никакого способа начать все сначала, как в играх. Понимаешь меня?

— Ты извращенец?

— Нет… — усмехнулся Алан. — Просто я уже по ту сторону черты. Говорю же, проще принять все как есть, чем пытаться сесть на одну волну с моими желаниями и мотивами. Давай к делу, Хаким. Ты оценил уникальность древесины и хочешь заполучить ее, верно?

— Да. Я возьму тебя в долю, Макмиллан, потому что у меня тоже есть свои понятия. Много денег не бывает.

— Согласен. Но это шкура неубитого медведя, поэтому я считаю разговор о деньгах преждевременным. Пока ты проверял коммерческую ценность древесины, я прорвался за кольцо внешней охраны. Если ты обратил внимание на мониторы, то видел, что мое сознание уже получило доступ к механизмам, работающим непосредственно под землей.

— Да я видел. Почему там все зеленое?

— Это инфракрасное видение. Не могу же я слоняться в кромешной тьме. Впрочем, неважно. Главное, мне теперь известна структура периферийной сети, количество составляющих ее исполнительных механизмов, их основные функции и маршруты движения.

— Это поможет очистить лес?

— Не факт. Я бы пока не торопился. Нужно поставить серию опытов. Тут надо действовать осторожно, Хаким. Разумеется, можно просто отключить машины внешней командой либо стравить их между собой, запустив в их программное обеспечение соответственный вирус, но я опасаюсь таких действий. Мне недоступно ядро Сети. Неизвестно, как отреагирует главное вычислительное устройство на массовую потерю исполнительных механизмов. Не забывай, это военная база, и не факт, что бывшая. Конечно, по лесу не шатаются «Фалангеры» с «Хоплитами», но я видел пару БПМ в подземных ангарах.

— И как ты собираешься действовать?

— Идеально было бы добраться до центрального узла, откуда исходит программная воля, обязательная для всех исполнительных механизмов. Если отрубить центральный процессор, то остальные машины перестанут быть проблемой.

— Так в чем дело? Тебе нужно время?

— Время и дополнительное оборудование.

Хаким насупился, обдумывая слова Алана.

— Скажи, а ты не мог бы очистить небольшой участок леса? — после затянувшейся паузы спросил Зураб.

— Зачем?

— Мне нужны образцы древесины и хотя бы пара гектаров для пробной вырубки.

— Можно попробовать, — подумав, кивнул Алан. — Есть одно направление, которое прикрывает лишь пара патрулей. Сколько у меня времени?

— Неделя. Я отправил Кущина для предварительного поиска партнеров, которые станут покупать древесину. Если он договорится, мне потребуются образцы, а затем пробная партия груза.

Макмиллан что-то прикинул в уме и кивнул.

— Хорошо. Я аккуратно покопаюсь в мозгах патрульных машин. Они проходят техническое освидетельствование один раз в два месяца. Следующая проверка их состояния произойдет на днях, после нее я сменю программы, а ты подготовь рабочих и технику. Машины не будут обращать внимания на людей, ты вырубишь делянку, вывезешь древесину, а затем я верну их исходное программное обеспечение на свои места.

— А дальше? Что будет дальше?

— Я же сказал, — буду топтать дорожку к центральному процессорному узлу. Как только я доберусь до него — лес твой. Но я не могу сейчас гарантировать каких-то сроков — риск тоже должен быть разумным. Я люблю ходить на грани фола, но переть напролом, чтобы быть лоботомированным — уволь.

— Хорошо, Алан. Я не стану тебя торопить. Обеспечь мне пробную вырубку, а дальше посмотрим.