— Ладно, — сказала она, заставляя себя найти тот тон дружелюбной решительности, к которому прибегала в самых безнадежных боевых ситуациях. — Закрой глаза и сделай глубокий-преглубокий вдох.

Она тоже глубоко вздохнула, не отрывая взгляда от его лица.

— А теперь представь себе красный цвет…

Когда они добрались до фиолетового, она спросила:

— Ты видишь лестницу, Вал Кон?

— Да, — тихо ответил он. — Лестница… по-прежнему на месте.

— И у тебя все в порядке? — спросила она, уловив слабую неуверенность. — Тебе не страшно? Тебе ничто не угрожает?

— У меня… все хорошо.

— Тогда ты готов спуститься по лестнице?

После короткой паузы он сказал:

— Дверь тоже на месте.

В его голосе прозвучало легкое удивление.

— Ты откроешь дверь? — спросила Мири. — Войдешь в комнату?

— Сейчас…

Она осторожно перевела дыхание.

— Вал Кон! Что-то не так? Может, я смогу тебе помочь.

— Нет, так. Просто… я не был… внутри… с тех пор как… Мири! — вдруг окликнул он ее.

— Угу?

— Спасибо тебе… Неужели можно только сказать «спасибо»? И все? Шатрез, спасибо тебе за то, что ты любишь меня… любишь меня так сильно.

— Еще и не то будет, — сказала она, сумев найти нужный тон. — Но — на здоровье. Ты туда зайдешь или так всю ночь и простоишь у двери?

Его губы изогнулись в улыбке.

— Зайду…

И наступила тишина. Мири сидела, впившись короткими ногтями себе в ладони, не отрывая глаз от его лица, закусив губу, чтобы не закричать и не разорвать сеть.

— Мири? — шепотом окликнул он ее. А потом уже громче: — Мири!

— Я здесь.

И что она будет делать, если что-то все-таки не так? После своего блефа, когда она пообещала, что не допустит, чтобы с ним случилось что-то плохое…

Но на его лице она прочла радость, и когда он заговорил снова, то это прозвучало почти песней торжества:

— Мири, все на месте! Все в порядке! Они сюда не заходили!

— Ты счастлив? — по-идиотски спросила она, чуть не захлебнувшись собственной радостью и не вполне понимая, что происходит.

Казалось, он готов расхохотаться.

— Давай не будем преувеличивать… Секунду… — Наступило долгое молчание. — Сейчас я засну, — проговорил он потом, — и настроюсь на то, чтобы завтра начать сеанс Л-апелеки. Большое помещение, шатрез, если можно. А если не получится, я буду танцевать на улице.

— И бедняге Хакану придется объяснять соседям, что еще вчера ты был в полном порядке, а потом вдруг сбрендил? Я найду тебе какое-нибудь место под крышей. И не тревожься насчет корабля. Считай, что он уже на орбите.

— Да, Мири.

— Нахал.

Невольно улыбнувшись, она выпрямилась и секунду стояла, глядя на него.

Его грудь поднималась и опускалась в ритме отдыха, тело было расслаблено, лицо помолодело… Лицо мальчишки, который крепко спит.

Она осторожно проверила новую картинку, возникшую у нее в голове, и спустя несколько мгновений смогла успокоиться. Она уже не была так взвинчена, как в начале дня, когда она решила прийти сюда и поговорить с ним лицом к лицу. «Может, все получится, Робертсон», — подумала она и бесшумно вышла, постаравшись плотно прикрыть за собой дверь.

Когда Мири вошла в кухню, Хакан поднял голову и, заглушив ладонью струны, отложил гитару в сторону.

— Как Кори? — спросил он почти мягко.

— Лучше, — сказала она, плюхнувшись на стул, который придвинула ей Кем. — По-моему, лучше. Он… заснул.

— Хорошо, — пробормотал Хакан. Чуть подавшись вперед, он заглянул ей в лицо. — В Порлинте не холодно, Мири. Он близко к экватору, так что там почти не бывает снега.

Она недоуменно моргнула, а потом наклонила голову почти так же торжественно, как это делал Кори:

— Спасибо, Хакан. Я постараюсь запомнить.

— Не за что. — Он сел прямее. — Хочешь вернуться к фру Бригсби? Я могу тебя отвезти.

— Завтра, — тихо уточнила Кем.

Мири быстро придвинулась к нему и прикоснулась к его руке, одновременно улыбнувшись девушке.

— Хакан, еще раз спасибо тебе. Но было бы лучше… Ты не знаешь места — большого, пустого места… которое Кори мог бы занять на пять дней — или шесть? Если знаешь, то ему надо идти туда. А мне завтра надо пойти еще куда-то, а потом я вернусь к фру Бригсби.

Встретив непонимающий взгляд Хакана, Мири покусала губу и сделала новую попытку:

— Сражаться Кори было трудно — он пошел только потому, что он мне нужен…

— Кори был в Джилле! Как он узнал, что он тебе нужен? Он вбежал в магазин, попросил, чтобы я отвез его домой…

Мири почувствовала острое желание сделать добрый глоток кинака и спрятаться где-нибудь с книгой, но вместо этого она мысленно расправила плечи.

— Вы с Кем будете вместе достаточно долго — будете чувствовать, когда с другим плохо.