— Я буду охотиться одна, — буркнула Синегривка, сбросив хвост Змеезуба.

— Как хочешь, — покладисто кивнул он.

Дроздовик отвернулся, в глазах его была боль.

— Синегривка! — Розохвостка догнала ее возле выхода, крепко прижалась и пошла рядом. — Тебе лучше?

«Нет! Мне никогда не будет лучше!»

Больше всего Синегривке хотелось свернуться клубочком возле теплого бока подруги и проспать целый месяц.

— Со мной все будет хорошо, — выдавила она, чувствуя гулкую пустоту внутри.

Она поднялась по склону и устремилась в лес. Перед Совиным деревом дорогу ей перебежала белка. Синегривка застыла, обжигая лапы о мерзлую лесную землю. Держа в пасти орех, белка деловито сновала среди корней дуба. Синегривка припала к земле, высоко задрала хвост и подобрала живот.

«Камушек. Помнит ли он охотничью стойку Грозовых котов?»

Отбросив эту мысль, она оттолкнулась задними лапами и прыгнула на дичь, прикончив ее одним укусом в шею.

— Добрая охота.

Скрипучий голос Гусохвоста заставил Синегривку обернуться. Убитая белка болталась у нее в пасти.

Она бросила белку на землю.

— Что ты здесь делаешь?

— Старейшины редко поднимались на вершину склона.

— Как видишь, лапы меня еще носят! — огрызнулся старик. — Где хочу, там и хожу.

Впервые за долгое время кто-то заговорил с ней без сочувствия. Это было непривычно. Синегривка выпрямилась и посмотрела в глаза старому коту.

— Чего тебе надо?

Хочет рассказать ей еще об одном дурацком пророчестве, которое разрушит ее жизнь?

— Ты все правильно сделала, так что можешь не убиваться.

Синегривка ощетинилась.

— Для кого правильно?

— Для своего племени, для кого же еще? — сощурился Гусохвост. — В пророчестве ничего не говорилось про котят. Они были лишние. Ты должна просиять одна во главе своего племени.

— Думаешь, мне от этого легче? — прошипела Синегривка. Она ненавидела это пророчество и Гусохвоста, который рассказал ей о нем.

— А тебе и не должно быть легко, — невозмутимо ответил старик. — Тебе не предназначено легкой и счастливой жизни. Ты должна просиять огнем и спасти свое племя.

— Так и будет, — буркнула Синегривка. Каждое ее слово было тяжелым и твердым, как камень. — Но я до конца своих дней буду сожалеть о том, что сделала.

— Сама виновата, — огрызнулся Гусохвост. — Кто тебя просил заводить котят? Сама решила! Звездное племя ничего про котят не говорило!

— Звездное племя отняло у меня всех, кого я любила, — глухо проговорила Синегривка. Горечь обожгла ее горло. — Оно заставило меня пожертвовать всем, что мне дорого. Моими котятами…

— Подумаешь, жертва! — перебил ее Гусохвост. — Они ведь живы, верно?

— Мошка умер.

— Звездное племя приютит его. Оно скорбит о его утрате.

— А как насчет моей утраты?

— Она ничтожна по сравнению с судьбой твоего племени!

Синегривка затрясла головой, пытаясь собраться с мыслями. Неужели Гусохвост прав, и она просто эгоистка? Что значит ее разбитое сердце по сравнению с безопасностью племени? Где ее преданность? Она склонила голову и прошептала:

— Я буду служить своему племени.

— Вот и хорошо, — кивнул Гусохвост. — Солнцезвезд как раз хотел с тобой потолковать.

Возвращаясь в лагерь, Синегривка столкнулась с предводителем, поднимавшимся на холм.

— Синегривка! — окликнул ее Солнцезвезд. — Я хотел поговорить с тобой наедине.

Он кивнул ей и направился в сторону леса.

— Давай немного прогуляемся.

Синегривка пошла за своим бывшим наставником. Ей вдруг вспомнилось, как он говорил с ней после смерти Лунницы и позже, когда она оплакивала Белогривку.

Это что, очередная нотация на тему «жизнь продолжается»? — буркнула она. Солнцезвезд покачал головой.

— Похоже, тебе судьбой предназначено страдать, — вздохнул он. Синегривка посмотрела ему в глаза и увидела, как постарел их предводитель за последние месяцы. Он сдержал свое слово сделать Грозовое племя самым сильным и уважаемым во всем лесу, однако это стоило ему слишком дорого. Солнцезвезд потерял в боях три жизни, болезни отняли у него еще две. Гусохвост требует, чтобы Синегривка заняла его место, но разве ей так хотелось бы провести остаток своих дней? В вечных тревогах, сражениях, страхах и опасностях, изнемогая под тяжестью ответственности?