Шрифт:
— Возвращайтесь к себе, — мрачно посоветовал Чащобник, делая шаг вперед.
— Хорошо, — кивнул Солнцезвезд и направился в камыши.
Желудь присоединился к — провожатым, и теперь Синегривка все время чувствовала присутствие — запах, звук шагов, дыхание. Когда Совокрыл прибавил шаг, чтобы пойти первым, Желудь поравнялся с ней.
— Мне нужно с тобой поговорить, — шепнул он Грозовой воительнице на ухо. — Придавай какой-нибудь повод и задержись ненадолго.
Желудь взмахнул своим пушистым лисьим хвостом и отошел назад.
Синегривка повела ушами. Как она сможет отделаться от своих патрульных? И должна ли делать это? Но настойчивая просьба Желудя не оставляла ей никакого выбора. Она во что бы то ни стало должна узнать, чего он хочет.
— Ой! — взвизгнула Синегривка и захромала.
Дроздовик стремительно обернулся.
— Что с тобой?
— Наступила на колючку, — простонала она. — Нужно вытащить.
— Давай я помогу, — предложил Дроздовик.
— Иди вперед, — рявкнул на него Желудь. — Нечего тут топтаться! Я сам ей помогу! — он злобно посмотрел на Дроздовика, и тот, немного помедлив, пошел прочь.
— Не задерживайся! — крикнул он Синегривке. — Или я приду за тобой.
— Я мигом, — пообещала Синегривка.
Как только ее товарищи и сопровождавшие их Речные коты скрылись в зарослях камыша, Желудь бросился к ней.
— Спасибо! — горячо шепнул он. — Нам нужно поговорить.
— Правда? — переспросила Синегривка.
Она потрясла головой, словно это могло помочь привести мысли в порядок. Почему-то рядом с этим рыжим воином голова у нее шла кругом, и она переставала ясно соображать.
— Я так давно тебя не видел! — воскликнул Желудь.
Синегривка склонила голову набок.
— Зачем тебе видеть меня? Мы принадлежим разным племенам.
Желудь смущенно переступил с лапы на лапу. Он вдруг разом растерял всю свою самоуверенность и превратился в робкого и смущенного кота.
— Я все время думаю о тебе, выпалил он. — С того Листопада, когда мы разговаривали на берегу, я не могу выбросить тебя из головы.
Синегривка отшатнулась.
— Но ведь это было так давно! И потом, ты же совсем меня не знаешь!
— Я хочу тебя узнать, — твердо сказал Желудь. — Я хочу знать о тебе все — твою любимую дичь, твое первое воспоминание, твои мечты…
У Синегривки болезненно сжалось сердце. У нее нет времени на все это! Она должна стать глашатой!
— Ты не можешь! — прошептала она. — Воинский закон запрещает это.
Но Желудь лишь с досадой махнул головой.
— При чем тут Воинский закон? Дело не в законе, а в нас. Я буду ждать тебя завтра ночью у Четырех деревьев. Когда луна дойдет до середины неба.
— Я не могу прийти! — в отчаянии простонала Синегривка.
— Приходи, — умоляюще прошептал Желудь. — Пожалуйста!
И он с мольбой посмотрел на нее своими круглыми янтарными глазами.
— Синегривка! — воскликнул Дроздовик, выбегая из камышей вместе с Выдрохвостом.
— Уберешься ты, наконец, с нашей территории или нет? — прошипел Выдрохвост.
— Уберусь, — сипло ответила Синегривка.
Не говоря ни слова, она сорвалась с места и бросилась следом за Дроздовиком.
Тот наклонил голову и прижался щекой к ее уху.
— Ты в порядке?
Синегривка похолодела.
«Неужели Дроздовик что-то слышал?»
— Как твоя лапа? — переспросил Дроздовик. — Вытащила занозу?
— А, лапа! Ну да, конечно, — с облегчением воскликнула Синегривка. — Все в порядке.
Когда она переходила реку по мокрым камням, то все время чувствовала на себе взгляд Желудя. Шерсть ее горела под этим взглядом. Он смотрел на нее! Она знала это. Но ни разу не обернулась.
Глава XVI
«Приходи! Пожалуйста!» Синегривка проснулась, будто от толчка. Она видела перед собой горящие глаза Желудя.
«Зачем?»
Ей не нужно было задавать этот вопрос. Она знала ответ. Его подсказали мольба и отчаяние в глазах Желудя. Увидев его тоску, Синегривка словно заглянула в собственное сердце. Она чувствовала то же самое. Ту же страсть, если говорить совсем откровенно.
Но как они могут быть вместе? Они принадлежат к разным племенам! Они не имеют права на такие чувства.