Раньше он никогда не увлекался спиртным. Но сейчас на душе кошки скребли. Спиртное расслабило, потянуло в сон. Не заметил, как уснул. Через час в комнату на цыпочках вошла Тамара. Долго стояла, смотрела ему в лицо. Потом покачала головой, поправила сползшее одеяло и, подняв с пола наполовину пустую бутылку водки, убрала ее в бар.

Утром Тамара долго не вставала. Илья опять все сделал сам: сварил кофе, приготовил себе завтрак. Хотел было постучать в комнату жены, спросить, не принести ли ей в комнату еду, но зазвонил телефон.

Это был Никита.

— Илья, извини, что беспокою. Понимаю: у тебя сейчас медовый месяц…

— Брось. Что случилось?

— Твоя мать дала мне номер телефона. У нас в военном городке опять суета. Если тебе интересно. Они нашли пистолет, из которого убили Яну.

— Какой пистолет? — Он невольно вздрогнул.

— Твой.

— А почему это должен быть мой пистолет?

— На балконе ее квартиры нашли. Кто-то вчера вечером позвонил в милицию.

— Кто? — А сразу же подумал: «И ты, Брут! Больше некому! Зачем же тогда звонишь?»

— Не знаю.

— А с чего взяли, что это именно мой пистолет?

— Помнишь, мы на рыбалку с Иваном ездили?

— Ну и что? — «При чем здесь рыбалка?»

— Ну выпили немного, по бутылкам стреляли. Из твоего «Макарова». Пацан-то Ванькин гильзы подобрал. Ребенок, сам понимаешь. Ему игрушки. Иван отдал операм эти гильзы. Они экспертизу сделали. Это твой пистолет, Илья.

Он давно уже об этом догадался.

— Ну и что? Пусть мой.

— Да ничего. Я предупредить хотел.

— Что ж, спасибо.

Итак, оружие нашли. Осталось выяснить, как «Макаров» попал на балкон к Яне.

— Они под тебя копают, — продолжал Никита. — Ты учти. Надо следователю взятку дать, а то сядешь.

— Какую взятку? — оторопел Илья.

— Большую. Несколько штук баксов.

— Где же я возьму такие деньги? У тестя? У жены?

— Не вздумай. Ее в это дело нельзя впутывать.

— А где?

— Ты вспомни. Может, придумаешь что-нибудь. Про ту вещь.

— Какую вещь? — не понял Илья. При чем тут портсигар? — Ты это о чем?

— Сходи еще раз к ней в квартиру.

— Что ж, спасибо за совет. Но я все равно не понял.

— Ну как знаешь. Пока.

Он действительно ничего не понял. Что это за намеки? Полный бред! Хотя дома все равно делать нечего, может, и правда последовать совету Никиты? Завтрак почти остыл, когда Илья доедал холодный омлет, на кухню заглянула Тамара.

— Ты что, куда-то собрался?

— Да. Прогуляюсь, свежим воздухом подышу. После камеры оно, знаешь, бодрит.

— Оставь эти намеки! Ведь это ты во всем виноват!

— Тома, все будет хорошо, — не поддался он на провокацию. Скандала не будет. — Можно тебя хотя бы поцеловать?

Она подставила щеку. Потом жена внимательно смотрела, как он одевается. Но завернувшийся воротничок рубашки не поправила, словно избегала дотрагиваться до него.

— И все-таки сходи ко врачу, — посоветовал Илья, когда жена закрывала за ним дверь.

Машиной жены воспользоваться не решился, сел в свои старые «Жигули». И как только завел мотор, зазвонил мобильный. В телефонной трубке громко всхлипнула мать:

— Тамара сказала, что ты ушел. Я уж не знаю, говорить тебе или не говорить, Илюша…

— Я уже все знаю, мама. Они нашли пистолет. Не плачь.

— Сыночек, как же так?

— Да есть хоть один человек на свете, который мне верит? — разозлился он.

— Они вчера приходили… Вечером, когда ты к жене уехал. Я запуталась совсем, не знаю, что можно говорить, а что нельзя. Про тебя и Яну. Ты же ходил к ней… Перед свадьбой… Илюша, сыночек…

— Мама, я уже еду к вам. Дома поговорим.

Он с раздражением стал засовывать мобильный телефон в карман пальто. Раньше носил джинсы и куртки, но за месяц до свадьбы теща отвела сначала к своему личному парикмахеру, а потом в фирменный магазин. Так он приобрел вид самого настоящего пижона: кашемировое пальто, белое кашне на шее, модные ботинки с острыми носами. Потом это дурацкое «мерси». Черт знает что!

Подъехав к родному дому, невольно взглянул на окна Яны. Вчера там был обыск. Так кто позвонил? Никита? Но он не видел пистолета.