Он с самого начала был уверен, что его родителей умертвили умышленно. Он всегда склонялся к тому, что тайну их убийства унес с собой тот, кто заранее позаботился посадить змей в такое место, чтобы они могли инстинктивно атаковать, прежде чем их заметят. Но теперь он предположил, что убийца мог и остаться в комнате. Может, его родители видели лицо убийцы и знали, что им предстоит?

Он поежился, теряясь в догадках и с нарастающим гневом задавая себе один и тот же вопрос: зачем?

Кто-то знал ответ на этот вопрос. И — Бог тому свидетель! — он отыщет его.

* * *

— Боже, какой восторг! — воскликнула женщина, впуская Камиллу в домик. — Шелби, прелесть моя, зайдете, конечно?

Камилла оглянулась на сопровождавшего ее верзилу, удивляясь, что Кто-то мог назвать его «прелестью».

— Конечно, Мерри, если вы не возражаете. Я никогда не отказывался от вашего замечательного чая и чудесной сдобы — я уже чую ее аромат! — Он прокашлялся. — Мерри, это мисс Камилла Монтгомери, ученая дама из музея. Камилла, позвольте познакомить вас с Мерри и другими девушками, Эдит и Вайолет.

Камилла снова улыбнулась и подумала, что этим «девушкам», похоже, давно за шестьдесят. Однако, может, Шелби и прав, называя их так, поскольку женщины были бойки и очаровательны, они молодо и красиво улыбались во весь рот.

А ее саму вряд ли можно принять за ученую даму. Нет у нее подтверждающих это документов.

Вайолет была высокой и сухощавой, Мерри — невелика ростом, но обширна в груди. Габариты Эдит уравновешивали эти противоположности.

— Камилла… прелестное имя. Смею предположить, Кто-то безумно обожал оперу! — высказалась Эдит.

— Ну-ну, утихомирьтесь, наверное, ее матери нравилось это имя, — сказала Мерри, снисходительно улыбаясь. — Эдит много лет учительствовала, милая, так что мы целыми днями слушаем оперы, у нас есть замечательный проигрыватель. Немного трещит, правда, но… нет слов! — Она оглянулась на сестер: — Она прелестна, правда? — Затем снова повернулась к Камилле: — Какое удовольствие принимать вас!

Камилла покраснела:

— Спасибо.

— Мерри, милая, займись чаем, — сказала Эдит. — А мы с Вайолет снимем мерки! Пойдемте, дорогая.

Вайолет ухватила ее за руку и повела через весь домик в заднюю комнату, где стояла швейная машинка и портняжный манекен, а на полках теснились рулоны шелка, катушки ниток и всякая фурнитура. Очаровательные женщины непринужденно болтали, переговаривались и задавали ей всякие вопросы, не ожидая, впрочем, ответа. Не успела она опомниться, как ее раздели до белья и стали деловито обмерять рулеткой со всех сторон. Наконец она улучила момент и спросила:

— Эдит, вы были учительницей?

— Да, милая. И я любила свое дело!

— Но теперь… вы все портнихи?

— Видите ли, нам просто нравится это дело, — ответила Вайолет. — Знаете, мы сестры — все вдовы, как ни печально.

— Как хорошо, что вы есть друг у друга, — прошептала Камилла.

— Просто восторг! — кивнула Вайолет.

— Но мы не одни, — добавила Эдит. — У Мерри замечательный сын, он служит сейчас в Индии.

— И у него самого трое сыновей! — добавила Вайолет.

— Понятно. Вы через них познакомились с лордом Стерлингом? — поинтересовалась Камилла.

Эдит добродушно рассмеялась:

— Нет, милая. Мы живем в этом домике вот уже… лет двадцать, так, Вайолет?

— И в самом деле.

Они, похоже, поняли, что Камилла сбита с толку, потому что Вайолет разъяснила:

— Милая, наш домик стоит на земле графа Карлайла. Разумеется, мы поселились здесь еще в те времена, когда Джордж и его супруга были живы… мы шили для леди Стерлинг. А теперь шьем только сорочки для Брайана. Как мне не хватает его матушки! Да, он милостив и щедр по отношению к нам, но не в этом дело. Он строг и обязателен — этого у него не отнимешь. Ну-ка, повернитесь сюда, милая.

Камилла повернулась и с удивлением увидела, что у порога стоит ребенок, очаровательная девчушка лет четырех-пяти — с темно-золотистыми кудряшками, огромными глазами и ямочками на щеках. Она смело уставилась на Камиллу.

— Привет, — сказала Камилла.

Вайолет стремительно обернулась:

— Элли! Ты почему встала с постели и пришла сюда?

Элли застенчиво улыбнулась Камилле.

— Хочу пить! — протянула она сонно. — И есть, тетя Ви!

— Ах, она почувствовала запах сдобы, конечно! — проворчала Эдит, совсем нестрого. — И как же мы должны себя вести? Элли, надо познакомиться с мисс Монтгомери. Мисс Монтгомери, это Элли.