– О, Джейк...
– простонала она.

– Теперь я должен рассказать тебе о Каролине, - вдруг произнес он.

– Я все знаю про нее.
– Она выдержала паузу.
– Вчера во время прогулки по саду я наткнулась на сарай. Там были портрет Каролины и твои книги. Я поняла, что это твой дом. Ты жил здесь, а не в Кении.

– Я никогда и не говорил, что жил в Кении.
– Он присел на стол с другой стороны. Его лицо было неподвижнее каменной маски.
– Ты сама так решила, потому что мои родители живут там сейчас. После того, что произошло с Каролиной и Шарлем, они не могли здесь оставаться и вместе со мной перебрались в Кению.

– Почему же ты мне не рассказал? Боялся, что я буду ревновать?

Он удивился.

– Ревновать? Из-за моей любви к Каролине и маленькому Шарлю? Нет, не в этом дело. Но я действительно не хотел говорить тебе, что моя семья была связана с этим островом.

Медленно она повернула голову. Что ей сказала Джинни? «Узнай, зачем он этого добивается».

– Джейк, ты говоришь, что хочешь разобраться в родстве Джинни с Винсентом. А мне кажется, что у тебя есть другие интересы. Поэтому ты лгал мне, может быть, во всем.

– Ну вот!
– зло сказал он.
– Винсент уже заморочил голову Джинни, а теперь и ты сомневаешься во мне.

– Скажи наконец, какие у тебя мотивы, и предоставь мне самой судить обо всем. Если Винсент - мой отец, - отчетливо произнесла она, - как же быть с тем, что, по-твоему, он убил твою жену и ребенка?

– Мою жену?
– Джейк казался сбитым с толку.

До чего же хитрый, подумала Эмбер, он бы провел и святую инквизицию.

– Я говорю о Каролине.

Его удивление только возросло.

– Но она не была моей женой. Что за странные мысли!

– Каролина Кавендиш, - с ударением произнесла она.
– Не притворяйся, Джейк, ее имя было на картине.

– Но это вовсе не означает, что она моя жена, - спокойно повторил он.
– Каролина была моей сестрой.

– Твоей сестрой?!
– нетвердым голосом переспросила Эмбер.
– Но ты же говорил, что у тебя нет ни брата, ни сестры.

– Теперь нет - из-за Винсента Сент-Оноре.

– О, Джейк...
– печально отозвалась она.

– Каролина была моей старшей сестрой. Но во многих отношениях она была младше меня. Мне нравилось опекать ее, защищать.
– Его взгляд затуманился.

– Прости, - пробормотала Эмбер.

Он подошел к ней, положил руку ей на колено.

– Понимаешь, с самого первого раза, как ты о ней заговорил, я думала, что вы были любовниками.

– А почему же ты не спросила? Мне и в голову это не приходило. Прости, Эмбер, но откуда такая странная идея?

– То, как ты говорил о ней, думал о ней... И потом, когда я увидела портрет... она так прекрасна...

– Да, - сказал он странно напряженным голосом.

– Джейк, теперь я понимаю, почему ты так зол на Винсента. Но я беспокоюсь. Здесь есть что-то еще, что заставило тебя везти меня через полмира, в эти места, - что это?

– Справедливость.

Да, ее опасения подтверждались. Она печально сказала:

– А может, эта твоя справедливость - месть?

– Эмбер, - сказал он, - ты думаешь, я могу стерпеть, что Винсент и Джинни живут во лжи? У нее нет прав на плантацию. Это касается всех членов семьи Сент-Оноре, и они рассчитывают на меня.

– Да, конечно, - вспомнила она.
– Ты ведь встречался вчера с Паскалем и его матерью.

Ей было странно думать, что у нее могут быть здесь родственники. Странные люди и странная земля, на которой они живут, со своими странными обычаями, с кровной враждой и семейными тайнами, как в средневековье.

Джейк сжал ее ладонь, будто понимая, что творится у нее в душе.

– Паскаль очень красив, голубоглазый блондин, атлетически сложенный, но сначала он был настроен очень враждебно. В конце концов мы поладили, - добавил он, - возможно, благодаря его жене, Мэнди. Она сейчас ждет ребенка. Она очень доброжелательна, они, кажется, счастливы вместе.

Эмбер спросила:

– А как насчет матери Паскаля, сестры Винсента?

– Сюзанны?
– Глаза Джейка сузились.
– Она безумно носится с Паскалем и ненавидит своего брата. Даже имени его слышать не желает.