Медленно, очень медленно он провел губами по ложбинке между ее грудей. От нахлынувшего желания она едва дышала.

– Джейк...
– шептала она, пока его губы ласкали ее грудь.

И вдруг он встряхнул головой, как будто только что пробудился. Словно в панике он скатился с нее и забился в угол кровати, прикрыв лицо дрожащей рукой.

– Нет, так нечестно, Эмбер, - вырвалось у него.

– Но почему же?
– Кровь бросилась к ее щекам.
– Из-за твоих чувств к Каролине?

– В некотором смысле.

Она сжалась.

Он вскочил и направился к выходу. В дверях остановился и бросил через плечо:

– Я не хотел тебя обидеть. Я не должен тебя касаться, пока ты так уязвима.

– Но я вовсе не уязвима!
– запротестовала Эмбер.

– Не согласен.

Ее глаза округлились.

– Что ты имеешь в виду?

Зло выдохнув, Джейк схватился за дверную ручку. Эмбер показалось, что он зол скорее на себя, чем на нее. Может, он думал о том, что Винсент все-таки ее отец.

– Пожалуй, нам лучше провести этот день врозь, - тихо сказал он.
– Я хочу побыть один, ладно?

Эмбер такая перспектива вовсе не улыбалась.

– Я бы хотела сегодня остаться дома, - сказала она.

– Ну, тогда я проедусь. Что-нибудь привезти тебе?

– Спасибо, у меня все есть. Все прекрасно. В библиотеке есть книги, которые мне хотелось бы прочесть. Странно... странно, что некоторые полки почти пустые, будто кто-то специально убрал оттуда книги.

– Эмбер, - сказал он, игнорируя ее реплику, - береги себя. Я вернусь засветло.

– Не спеши, со мной ничего не случится.

За завтраком и долгим ленивым ланчем Эмбер вдруг поняла, что в первый раз с тех пор, как они поженились, она ест в одиночестве. И это было невыносимо. Она уже привыкла к обществу Джейка. До сих пор она и не представляла, что это стало неотъемлемой частью ее жизни.

Дом казался совершенно пустым. Эмбер так нервничала, что чуть с ума не сошла. И когда наконец до нее донесся звук мотора, она, забыв обо всем, бросилась навстречу Джейку.

– Ну, хорошо прошел день?
– спросила она, безуспешно стараясь выглядеть беспечной.

Вид у Джейка был усталый и сердитый.

– Совсем нет, - ответил он.

– Вот как, - протянула она, в глубине души обрадованная этим.
– А я прекрасно провела время, прогуливалась, развлекалась.

– Это хорошо, - сказал он, с трудом выбираясь из машины и разминая затекшие ноги.
– Мне надо принять душ. Устал страшно.

Эмбер не спускала с него глаз, пока он шел к дому. Джейк явно игнорировал ее. Она целый час выбирала, что надеть, но Джейк даже не обратил на нее внимания.

За ужином напряжение между ними росло. Время от времени их глаза встречались: ее - печально вопрошающие, его - полуприкрытые. И все же он был потрясающе красив. Эмбер поражала каждая черточка его лица, каждый жест, то, как он держит бокал, как улыбаются глаза, когда он разговаривает с Ипполитой, прислуживавшей за столом.

В конце концов, когда они сидели за кофе, точно два сверхвежливых незнакомца, Эмбер взорвалась:

– Если ты собираешься и дальше так себя вести, нам ни к чему быть вместе.

В глазах Джейка зажегся гнев.

– Может, обойдемся без ультиматумов? Я просто попросил тебя дать мне немного свободы. Это еще не основание для разрыва.

Поставив свою чашку, он коротко кивнул ей: «Спокойной ночи». Она сидела несчастная, утопая в мягком кресле. Все, медовый месяц кончился, жалобно подумала она. «Спокойной ночи, Джейк», - любовно, с печалью прошептала она.

– О, черт!

Эмбер в смятении вскочила на ноги.

– Я думала, ты ушел!
– сердито крикнула она, краснея при мысли о том, что он мог заметить ее смятение.

– Нет, как видишь... Весь день я думал только о тебе. Как ни старался, я не мог выбросить тебя из головы, - сказал он в исступлении.
– Я хочу заключить тебя в объятия, сорвать с тебя одежду, повалить на пол и заниматься с тобой любовью, пока не утолю голод, снедающий меня и влекущий к тебе. Я совсем не соображаю, что делаю. Я хочу тебя все больше, каждый день и...

– Но я же тебя не останавливаю, - мягко сказала она, сдерживая свое ликование. Все-таки он хочет ее, хочет!