Чужак подбирался к воспоминаниям, столь ревностно охраняемым человеком, и был удивлен, столкнувшись с неожиданным, удивительно мощным сопротивлением.

Кейз вцепился в последние свои воспоминания и внутри своего сознания, где не было никого, кроме него и голодной твари, прокричал: «Нет!»

Смерть, о которой он умолял, не спешила. Жизнь покидала его медленно, будто капли, срывающиеся с недавно закрученного крана.

Подхлестывая себя воспоминаниями о крике капитана, Мастер-Шеф побежал по площадке над авиационным отсеком, увидел, что сражение все еще продолжается, и метнул во врагов две гранаты. Они привели к ожидаемому эффекту, но также и выдали присутствие человека, притянув к нему Поток так, как железо притягивает к магниту.

Натиск тварей оказался настолько неистовым, что спартанцу пришлось отступить в узкий коридор, благодаря чему он мог расправляться с Потоком постепенно и успевал перезарядить оружие.

Безумная перестрелка завершилась, и воин пробежал по площадке, а затем нырнул в открытый люк. Оттуда он проложил себе дорогу на верхнюю палубу, где в дальнем конце прохода увидел Поток, словно собравшийся на совет.

Гранат у спартанца уже не осталось, и он понял, что пробиваться придется более грубыми методами. Одна из форм-разносчиков взорвалась, и несколько тварей-солдат повалились на пол.

Лопнувший разносчик разбросал во все стороны свои «семена» и был смят поспешившей вперед боевой формой, которая подволакивала перебитую ногу и в руке, словно букет цветов, несла гранату.

Спартанец попятился, дал пару очередей по десять пуль и возблагодарил Господа, когда раздался взрыв.

Это навело воина на мысль о разносчиках – они лопались с удивительной силой. В поле видимости выбежала вторая волна этих тварей, сопровождаемая стаей инфекционных и боевых форм. Через прицел своего пистолета Джон-117 оглядел «солдат» и обрадовался тому, что небеса точно исполнили его заказ: у каждого из них при себе были плазменные гранаты.

Он шагнул вперед, и боевые формы тут же взмыли в воздух. И как только их ноги оторвались от палубы, Шеф бросился ничком и выстрелил… в разносчика.

Расчет спартанца был верен – как раз в тот момент, когда «солдаты» пролетали над этой тварью, она лопнула и активировала плазменные гранаты. Порождения Потока исчезли в синевато-белой вспышке энергии.

– Командирская рубка должна быть где-то там, – сказала Кортана, стараясь сделать все возможное, чтобы они не сбились с пути.

Спартанец спешил добраться до цели, указанной ИИ, и его сапоги стучали по залитой кровью палубе, когда воин побежал к люку, показавшемуся ему слишком далеким. Он нырнул в проход, добрался до перекрестка и уже входил в очередную дверь, когда услышал по рации ужасный стон.

– Это капитан! – воскликнула Кортана. – Его жизненные показатели начинают падать! Прошу тебя, Шеф, поспеши.

Джон-117 ворвался в зал, где оказалось полным-полно ковенантов и Потока, и на бегу изрешетил нескольких противников пулями.

Он продолжал двигаться со всей возможной скоростью, проскакивая мимо врагов и не обращая внимания на их попытки подстрелить его. Сейчас счет шел на минуты – Кейз стремительно угасал.

Наконец спартанец прибыл туда, откуда исходил сигнал, – в рубку управления крейсером. Освещение здесь было приглушенным, и лампы отливали синевой, отражаясь в металлическом полу. Широкие крепкие колонны выстроились вдоль пандуса, уходящего к одной из возвышающихся над полом платформ, где стояло нечто странное.

Вначале Шефу показалось, что перед ним форма-разносчик, но вскоре он понял, что существо обладает для этого слишком большими размерами. Из твари торчали жилы, уходившие к потолку и стенам и напоминавшие толстую серовато-зеленую паутину.

Признаков агрессии существо пока не выказывало, поэтому спартанец поднялся по пандусу, не опуская, однако, винтовки. Подойдя ближе, Мастер-Шеф понял, что эта новая форма просто огромна. Если она и подозревала о присутствии человека, то не подавала виду, продолжая изучать голографическую панель, словно пыталась выучить наизусть всю имевшуюся там информацию.

– Признаков человеческих форм жизни не обнаружено,- настороженным тоном произнесла Кортана. И, помолчав, добавила: – Жизненные показатели капитана только что оборвались.

Проклятье!

– А что насчет несущей частоты? – спросил Джон-117.

– Сигнал еще есть.

Шеф посмотрел на вздутие в боку монстра и осознал, что смотрит на гротескно искаженное лицо флотского офицера.

– Капитан! Он один из них!

Спартанец понял, что давно это знал… Знал с того самого мига, как просмотрел запись Дженкинса, хотя и не хотел себе в этом признаваться.

– Нельзя допустить, чтобы Поток вырвался с кольца! – отчаянно закричала Кортана. – Ты же знаешь, чего бы хотел капитан, чего бы он потребовал от нас.

«Да, – подумал спартанец, – я знаю свой долг».

Они должны были взорвать двигатели «Столпа осени», уничтожив тем самым Гало и Поток. Но для этого им были необходимы нейронные имплантаты капитана.

Мастер-Шеф отвел руку назад, сложив пальцы лопаткой, и ударил в череп Кейза, проникая в полуразложившийся мозг. Затем, когда его ладонь погрузила в бесчувственное тело, воин нащупал имплантаты.