Шрифт:
– Чёрт бы подрал этого хитроумного кацика! – ярился Мендоса. – Теперь я должен идти к нему на поклон! Неужели он что-то заподозрил?..
– Вероятно, да … – ответил Ансельмо, наполняя чашу вином. – Выпейте, дон Риккардо, вам надо успокоиться и подумать, что делать дальше, – резонно заметил он.
– Я не в состоянии не о чём думать! Я в бешенстве! – метался Риккардо.
Ансельмо протянул ему чашу с вином.
– Охладите свой пыл… Иначе вы не получите Джованны. Уж мне-то известно, что всю эту экспедицию вы задумали только с одной целью: устранить Алонзо дель Гарсия и заполучить его дочь. Не так ли? – кабальеро [100] вперился взором в своего патрона.
100
Кабальеро – в Испании в X–XVI вв. дворянин или родовитый человек, нёсший военную службу в кавалерии. Кабальеро обладали рядом привилегий, свойственных дворянству. Позднее этот термин стал использоваться в качестве вежливого обращения к мужчине в испаноязычных странах.
Мендоса залпом осушил чашу с вином.
– Ты слишком умён, Ансельмо!
– Я рад, что вы, наконец, это оценили… – хладнокровно констатировал он. – Итак, что вы намерены делать?
– Отправлюсь в касикасго гуарани с двумя лошадьми и заполучу, наконец, Джованну в придачу с её злобными дуэньями. А затем прикажу осадить его и сжечь…
– Отлично! – воскликнул Ансельмо. – Только по моим сведениям в касикасго проживает не менее пятисот гуарани, а сын кацика, Папилоче, отличается незаурядным умом… Не сомневаюсь, что это именно он отговорил отца идти в гарнизон.
– М-да… – задумчиво произнёс Мендоса. – Мне кажется, ты преувеличиваешь его способности…
– Возможно, однако, facta sunt potentiora verbis [101] , – глубокомысленно изрёк Ансельмо.
– Перестань, наконец, умничать! – возмутился Мендоса. – Если у тебя есть идея, то говори!
Ансельмо наполнил свою чашу вином и глубокомысленно воззрился на своего патрона.
– Недавно вы получили три бочки португальской мадеры…
Риккардо округлил глаза.
101
Факты сильнее слова (лат.)
– И что же? Ты хоть знаешь, в какую сумму они мне обошлись?!
– Догадываюсь… Но, что вам дороже мадера или девушка? – вкрадчиво поинтересовался Ансельмо.
– Зачем ты спрашиваешь, если знаешь ответ заранее! – возмутился Риккардо.
– Тогда присовокупите их к обещанным лошадям. Индейцы непременно перепьются… А, если в вино добавить сонного зелья…
Мендоса удивлённо воззрился на кабальеро.
– Если ты избавишь меня от кацика и его сына, а лучше от всего касикасго сразу, обещаю тебе щедрую награду, Ансельмо.
– Вы знаете, как я уважаю вас, дон Риккардо… – начал издалека Эрнандес, – и всегда служил вам верой и правдой…
– Тысяча реалов – хорошая награда за твою верность! – подытожил Мендоса. – Ты согласен со мной?
– Разумеется, дон Риккардо… – Ансельмо Эрнандес почтительно поклонился.
На следующий день Риккардо Мендоса отправился в селение гуарани. Он самолично правил повозкой, в которой лежали три бочки отменной мадеры, сдобренное стараниями Ансельмо сонным зельем. Позади повозки шли две пристяжные лошади в полной упряжи и под седлом, как он и обещал кацику. Мало того под седлами виднелись стёганые вальтрапы [102] из цветной атласной ткани, отороченные мехом опоссума [103] .
102
Вальтрап (итал. gualdrappa) – толстое суконное покрывало под седлом или, иногда, поверх седла Вальтрапы могут изготавливаться из хлопчатобумажной ткани, меха и других материалов.
103
В 1553 году в книге «Хроника Перу» Сьеса де Леона даётся первое упоминание и описание опоссума: «Так как ущелья уж очень непроходимые, в них водится много животных, и крупные львы, а также есть животные, похожие на маленькую лисицу, с длинным хвостом и короткими лапами, бурой окраски, да и голова, как у лисицы. Я видел однажды одну из них, и возле нее было семь детенышей, и так как она услышала шум, то открыла сумку, природой размещенную у неё на собственном брюшке, и она очень быстро собрала детенышей, убегая с большим проворством, так что я испугался за ее существование – будучи такой маленькой, бежать с такой ношей – и таки убежать. Называют это животное чуча [Chucha]».[
Воины, охранявшие ворота, впустили гостя на территорию селения, ибо были предупреждены Папилоче о его возможном прибытии. Сын кацика внимательно осмотрел повозку, лошадей (они привели индейца в неописуемый восторг), а затем, указав на бочки, он спросил:
– А это что?
Мендоса, дабы не вызвать подозрений старался вести себя естественно. Он изобразил на лице беспечность и ответил:
– Я привёз отличное вино. Всё удалось на славу. Поэтому надо бы отметить это событие. Думаю, здесь хватит на всё селение…
Папилоче удивился такой щедрости испанца и невольно насторожился.
Тем временем Мендоса продолжал разглагольствовать:
– Вы оказали мне неоценимую услугу… Теперь мы связаны одной нитью судьбы. Я просто хотел отблагодарить тебя и твоих воинов…
Папилоче пришёл в изумление, но постарался не подавать вида. Тем более ему польстило, что испанец обращался к нему уважительно.
– Хорошо, идём в дом. Вождь ждёт тебя…
Тимаука при виде испанца приосанился, всем своим видом показывая, что именно он – хозяин положения. И гостю придётся с этим смириться.
Риккардо прекрасно это понимал и не намеревался идти с кациком на конфликт. Напротив, он почтительно поклонился и произнёс:
– Приветствую тебя, Тимаука. Я привёл двух лошадей, как и обещал…
Папилоче приблизился к отцу и быстро, в полголоса, так чтобы испанец не мог разобрать его слов, сообщил о том, что лошади великолепны. Мало того, испанец решил угостить их отменной португальской мадерой.
Кацик удивлённо поднял брови. Он не ожидал такой почтительности от Мендосы и решил умолчать о своём желании получить ещё одну лошадь. Поразмыслив, он решил, что любовь испанца к его внучке столь велика, что тот готов отдать за неё всё что угодно.