Комбайн сдал назад, освобождая проход. Метрострой заглушил двигатель, но свет оставил включенным. Фары-прожекторы били в темноту подземелья, освещая ближайший поворот. За поворотом ход расширялся и резко уходил вниз, куда свет уже не доставал.

Там царил плотный и вязкий, как смола, мрак. И лезть туда совсем не хотелось.

«А что, если это и есть та самая темнота, которая душит людей?» — подумал Илья.

В наступившей могильной тишине медленно-медленно оседала пыль, поднятая при падении дощатой стенки. Вооруженные разведчики осторожно заглядывали в рассеивающееся облако. Стволы и лучи фонариков шарили по сторонам.

В какой-то миг на границе света и тьмы Илья различил смутное движение. И как оказалось — не только он его заметил. Три бойца, уже вошедших в туннель, одновременно открыли огонь.

В чудовищной какофонии смешались разные звуки.

Короткая автоматная очередь.

И — ружейный залп.

И — практически в тот же миг — негромкий хлопок, треск, грохот…

Сверху посыпались глыбы, земля и глина. Своды обрушились. Туннель сложился. Пасть подземелья, наполненная густой слюной мрака, захлопнулась, поглотив тех, кто рискнул в нее войти. Остальные разведчики в ужасе шарахнулись назад.

Но это было еще не все. Сквозь шум падающих камней и осыпающегося грунта явственно прорвался звук, который Илья никак не ожидал услышать.

Откуда-то из тьмы подземелья послышались чьи-то воинственные вопли, дикие крики и нечеловеческий хохот. Жуткое многоголосье, от которого кровь стыла в жилах и волосы становились дыбом. Способны ли живые люди издавать такие звуки? Илья в этом сомневался. А вот мертвые…

Разведчики отступили за комбайн и, кажется, намеревались задать стрекача.

Метрострой выматерился.

Страха в его голосе Илья не расслышал. Только отчаяние.

А в следующий миг, взревевший двигатель подземной машины заглушил все прочие звуки. Комбайн ринулся на штурм завала. Вращающийся бур вгрызся в обвалившуюся породу и принялся за работу, для которой был предназначен.

Пыль стояла столбом, дым висел коромыслом. В стороны, на кабину и за корму летели земля и измельченная порода. Рыхлый завал поддавался легко. На месте старого хода в подземелья комбайн прорубал новый, углубляясь все дальше, все глубже…

Метрострой, похоже, готов был намотать на сверла бура любого призрака или зомби, который встанет у него на пути.

Впрочем, и позади работающей машины стоять сейчас тоже было довольно опасно: густое крошево, которым плевался комбайн, смело бы с ног любого.

«Интересно, — подумал Илья. — Если подметро действительно принадлежит мертвецам, смогут ли они утащить к себе целый туннелепроходческий комбайн?» Это скоро предстояло выяснить. И то, принадлежат ли подземелья мертвым, и то, смогут ли…

Земляная масса под буром, наконец, рассыпалась. Гусеницы выпихнули в пустоту слой грунта.

Есть! Проход пробит! Снова!

Метрострой заглушил мотор.

Илья тщетно пытался хоть что-то разглядеть в пыльной взвеси, вившейся в свете включенных фар. Слава богу, фильтры кабины не пропускали пыль внутрь. И, слава богу, пыль постепенно рассеивалась.

Рассеялась. Вроде бы…

Лучи фар упирались в стену, покрытую какими-то темными пятнами.

Они находились на территории подметро. С метро их теперь связывал лишь ненадежный свежепрорытый и продавленный комбайном туннель без укрепляющих подпорок. Туннель, который мог обвалиться в любую минуту.

Метрострой вынул пистолет и выбрался из машины. Илья тоже покинул кабину. Пыль еще не осела окончательно. Слезились глаза, першило в горле. Откуда-то сверху сыпалась земля.

Надсадно кашляя, Метрострой подошел к освещенной фарами стене. Кроме странных темных пятен, на ней угадывались пулевые отметины. Судя по всему, именно сюда легла автоматная очередь погибшего под обвалом стрелка.

Илья ткнул пальцем в одно из пятен. На ощупь — что-то липкое, покрытое пылью. А на цвет — вроде бы как красное.

— Кровь? — пробормотал Метрострой, осматривавший другие пятна. — Это же кровь! Причем еще не спекшаяся. Похоже, мы подстрелили призрака.

Метрострой улыбнулся.

Что ж, это многое меняло. Россказни о мертвецах оказались всего лишь очередными байками. Судя по всему, в подметро обитали не бестелесные духи и не зомби с мертвыми тромбами в венах и артериях, а другой враг — из живой плоти и крови. А значит, все было не так страшно.

«Ну, наверное, не так…» — мысленно поправил себя Илья. Все-таки пока не известно, кто именно обрушил туннель.