— Значит, уже, — почти простонал Мосол.

— Больше ждать нельзя, — отрезал Метрострой.

Жестом позвав Илью, он вышел из каптерки.

Метрострой направился в глубь уходящего вниз туннеля — туда, где виднелся силуэт подземного комбайна. Илья шел рядом.

Туннель весь оказался уставлен подпорками. Наверху тоже имелась крепь из досок и балок. Видать, не очень надежно было в этом ответвляющемся от метро послевоенном аппендиксе.

— Что, Мосол уже рассказал тебе паши сказки? — заговорил Метрострой.

— Рассказал.

— Ты им веришь?

— Не знаю.

— Не верь. Страшным сказкам верить нельзя, иначе они поверят в тебя. Тогда — беда.

Метрострой говорил с серьезным видом, но что он хотел этим сказать, Илья не понял.

— Страшные сказки уже овладели всей синей веткой, — пояснил Метрострой. — Люди бояться спускаться вниз. А выбора-то нет. И время уходит.

— Да, — спохватился Илья. — Муранча…

— Я все знаю, — взмахом руки остановил его Метрострой. — Рассказали уже. И про Казака с его командой, и про муранчу.

— Кто рассказал?

— Люди уходят с «Пушкинки». И все идут через нашу станцию. Хотя куда идти? Зачем? Идти-то все равно больше некуда, кроме как в подметро.

Метрострой немного помолчал. Затем заговорил снова:

— В «пушкинском» туннеле сейчас складывают большой костер. Говорят, это может задержать муранчу.

— Может, — подтвердил Илья. — На некоторое время.

Метрострой невесело усмехнулся:

— Эти глупцы готовы сжечь всю ветку и сгореть сами, лишь бы не спускаться в подметро.

Метрострой в сердцах сплюнул на плотно утоптанный земляной пол.

— И что теперь будет? — спросил Илья.

— Не знаю. Подземелий здесь боятся не меньше, чем муранчи. Но и муранча внушает ужас. Так что страх давит с двух сторон. И чтобы победить один страх, нужно преодолеть другой. Беда в том, что времени на борьбу со страхами почти не осталось.

— Неужели и сейчас нет желающих идти в подземелья?

— Есть, — пожал плечами Метрострой, — но их слишком мало даже для разведки.

— Но почему? — никак не мог взять в толк Илья. — Почему мало? Ведь муранча вот-вот прорвется на вашу ветку!

— А почему Казак так и не смог собрать нормального отряда, чтобы пробиться к муранчиной матке? — Метрострой вздохнул. — Видишь ли, жизнь под землей не идет нам на пользу. Люди начинают превращаться в крыс и стараются держаться подальше от любой опасности. Даже если удаление это иллюзорно. Я, сказать по правде, и сам был таким. До сих пор лично в разведке не участвовал. Всякий раз находил себе оправдания. Но теперь этот номер не пройдет. Муранча из некоторых крыс делает героев.

Он неожиданно остановился и пристально взглянул в лицо Ильи:

— А ты, Колдун? Ты останешься крысой или все-таки спустишься с нами в подземелья?

— Если бы я не собирался спускаться, меня бы здесь не было, — ответил Илья.

— Собственно, я так и подумал, — улыбнулся Метрострой, — но должен был убедиться.

Они вышли в самый конец туннеля. Здесь проход наглухо перекрывали сбитые друг с другом дощатые щиты, в нагромождении которых едва угадывалась махонькая калитка, также, впрочем, заколоченная досками.

Перед прочной деревянной стеной стояла футуристического вида машина, загораживавшая большую часть туннеля.

Неподалеку горел костер дозорных, и Илья смог разглядеть туннелепроходческий комбайн как следует.

Это был гусеничный агрегат с мощной силовой установкой, закрытой ржавыми стальными листами. Из его передней заостренной части выступал подвижный бур, густо усеянный резаками и сверлами. Похожая на бронекупол маленькая кабинка с узкими окошками, закрытыми многослойным противоударным стеклом, терялась в нагромождении металла.

Справа от кабины в свете костра поблескивала забранная мелкой решеткой подвижная фара — большая и мощная, напоминающая, скорее, прожектор. Какой-то жукоед менял вторую — такую же огромную, но разбитую вдребезги — фару-прожектор под смятой защитной решеткой с левой стороны кабины.

Сзади возились еще два человека, приспосабливавшие на кустарно изготовленную кормовую металлическую полку с креплениями объемные канистры, то ли заменявшие, то ли дополнявшие топливные баки, От комбайна сильно пахло соляркой и маслом.