Открытие было интересным, мы все волновались, потому что пригласили заслуженную артистку, и директрису, и нельзя было "ударить в грязь лицом". Но все было на высоте: оформление зала, монтаж. Все остались довольны. Я начинала этот вечер стихотворением.

А теперь наш класс готовит новогодний праздник, снова репетируем. Мы с Лилей будем петь под мой аккомпанемент на рояле. Мы с ней на всех вечерах поем.

У нас уже началась настоящая зима. Выпал беленький пушистый снежок, на улицах очень красиво. Веточки деревьев покрылись сверкающим инеем, мороз щиплет щеки, и они у меня румяные. Сегодня воскресенье, и мы с Аленой и с Лилей катались на санках возле школы. Такое удовольствие! А сейчас я пришла домой, и сразу села писать тебе письмо. Мои все смотрят фигурное катание, а я занята делом.

Миша, а ты любишь зиму? У вас не холодно на корабле? Похож ли ваш корабль на тот, который ты мне прислал на открытке?

Вторую четверть я начала даже лучше, чем первую, потому что мне помогают твои письма. Лиля знает о нашей переписке, но ничего мне не говорит, да и я мало что рассказываю о нас с тобой.

Миша, вы смотрите телевизор на корабле? И что вы делаете, когда приезжаете в город? Чем ты занимаешься в это время, где бываешь? Какие грузы вы возите? Секретные?

Я задала тебе массу вопросов, такого еще никогда не было. Постарайся ответить.

У меня еще много уроков.

Целую тебя, Катя".

Такие письма в другое время привели бы Мишу в полный восторг, но на этот раз они навеяли на него глубокую грусть и тоску. Еще недавно он не смог бы поверить, что письмо от Кати и от ее матери смогут привести его в уныние. В письме Людмилы Павловны легко можно было найти подтверждение тому, что против такого зятя у нее не должно возникнуть возражений. Вероятно, серьезного противодействия не стал бы оказывать и Павел Кириллович, во всяком случае, он теперь стал бы разговаривать с Михаилом на эту тему. Все было замечательно, если бы не необходимость сделать это признание, которое могло разрушить все здание, которое Миша возводил с таким восторгом и усердием. Миша искал предлог, чтобы не сообщать эту опасную новость, но решение было принято, письмо написано, и ждало отправки.

"Дорогая Катя! Даже не знаю, как начать это письмо. Никаких мыслей, только тревога. Ведь счастье — такая редкость, оно дается далеко не всем, и, как правило, один раз в жизни. Если не познаешь счастья, можно жить надеждой, но если счастье потерял — теряешь надежду, и тогда между понятиями "счастье" и "жизнь" можно ставить знак равенства.

Простите, Катя, что я начал это письмо в минорной тональности, для этого есть причины.

Наступает Новый год, от которого я жду больших перемен. В уходящем году я был счастлив: я встретился с Вами, со своей любовью, со своей мечтой. И нет в жизни для меня ничего важнее, чем Ваша симпатия, ваши нежные письма. Но, как видно, нельзя, чтобы в жизни все было гладко.

Угнетает меня то, что я был с Вами не до конца искренним. У Вас удивительное чувство такта: Вы не задали мне ни одного вопроса, хотя прекрасно понимаете, что у меня должно быть какое-то прошлое. Я очень благодарен Вам за то, что Вы дали мне возможность рассказать о себе самому.

Катя, я был женат, и у меня есть дочь. В апреле ей исполнится пять лет.

С женой я не живу уже три года. Ничего плохого о ней я сказать не могу, но жить вместе мы не могли. Это называют психологической несовместимостью.

Вероятно, Вам больно это читать, но я не могу больше осквернять наши чистые отношения обманом. Вы вправе меня обвинить в том, что я долго скрывал это. Простите меня, Катя, я просто боялся. Боялся Вас потерять, и сейчас боюсь. Я отдаю себе отчет, как вы мне дороги, и как Вы можете воспринять это известие, и это меня пугает.

Я хотел сделать это признание не на бумаге, а при встрече. Возможно, так было бы лучше, но ждать встречи так долго, и так долго вас обманывать я не смог. Я не смог войти в Новый год, от которого я так много жду, со старой ложью.

Если Вас будут интересовать подробности, я расскажу, Вы имеете полное право знать все.

Катя, я прошу Вас быть моей женой. Более неподходящего момента, чтобы просить Вашей руки, подобрать трудно, но я хочу, чтобы во всем была ясность. Семь бед — один ответ — гласит русская пословица. Если Вы считаете возможным связать наши судьбы после того, что Вы обо мне узнали, то любые мои слова здесь будут бессильны, моя благодарность выразится позже, и совсем иначе.

В любом случае я надеюсь получить от Вас письмо, но я прошу Вас, Катя, не делайте ничего сгоряча, обдумайте все "за" и "против", и знайте, что я хуже не стал от того, что Вы обо мне стали больше знать.

Кажется, последняя фраза — запрещенный прием. Ну что же, раз она у меня вырвалась, тем хуже для меня. Есть хороший афоризм: если человеку плохо, он делает все, чтобы ему было еще хуже.

Катя, я сделал Вам официальное предложение. Не знаю, придется ли мне повторить его в Вашем доме, при Ваших родителях, или эти полгода были для меня сладким и неповторимым сном, знайте, что каждый день после этого письма, будет для меня пыткой, пока я не получу на него ответ. Если в нем будет отказ, не старайтесь искать обтекаемые фразы, в конце концов, я мужчина.