Я поднялся по ступеням к крошечному кабинету, который казался почти знакомым. Да, Влад Талтош, бывший наемный убийца, бывший босс преступного мира, за которым охотятся по обе стороны закона (последнее неправда, но как звучит, а!), вступил в святая святых сил обеспечения имперского правопорядка. Я хлопнул в ладоши.

— Кто там еще, во имя фекальных масс Семи Чародеев, и что вам нужно такого, что не могло бы подождать полчаса? — вежливо спросили изнутри.

— Это Влад, — признался я.

— Тогда заходи. — Что я и сделал. — Вот теперь мой день обрел совершенство, — заметила Норатар.

— Кто от имени Империи собирается встретиться с той компанией восточников и текл?

Я уже говорил, что я не трачу слов даром?

Она прищурилась, плотно сжав губы.

— Коти? — спросила Норатар.

— Нет. Мои собственные источники. Кто это будет?

— Почему я должна тебе говорить?

Имелось множество причин, я выбрал самую простую.

— Если Десаниек, ее там убьют.

Это произвело впечатление, хотя я не уверен, какое именно.

— Нет, не она, — проговорила Норатар. Не уверен, что я почувствовал — облегчение или разочарование. В любом случае, она продолжала: — Там будет Кальто.

— Кто это?

— Иорич. Главный следователь Десаниек.

— Понятно. — Потом. — Ох.

— Ох?

— Что будет, если его убьют во время той встрече?

— Во время той встречи? — моргнула она. — Выходец с Востока или текла?

— Да.

— Я не… — Норатар поразмыслила. — Будет плохо, — наконец проговорила она. — Почему ты полагаешь, что такое случиться?

— Ты знаешь, что орки, джареги и Левая Рука давят на Зерику.

— На ее величество, — мимоходом поправила она.

— Честное следствие может вскрыть неприглядную картину, но устранит это давление. Попытка со стороны некоей части мятежников-текл остановить следствие вставит ему палки в колеса или по крайней мере задержит расследование, и давление сохранится.

Она нахмурилась.

— Даже не знаю. Джареги так не работают.

— Так работает Левая Рука. — Она открыла было рот, но я ее прервал. — О Левой Руке мне известно не слишком много, но я знаю, как они работают, и это в их манере. Про орков и говорить не стану.

Норатар медленно кивнула.

— Да, теперь понимаю. Что, по-твоему, мне нужно сделать?

— Очевидный вариант — взять мятежников под стражу.

— И ты сам прекрасно знаешь, почему я этого не могу.

— Императрица не одобрит?

— Причем вполне обоснованно: от этого остальные закипят и начнут думать, что, возможно, те были правы. Обычно ваши крестьяне — мирные и довольные своей участью создания, Влад, и десяток недовольных просто дает им видимое сравнение для того, чтобы чувствовать свое превосходство. Но убери этот десяток, и завтра на их место встанет тысяча. Такое нам не нужно.

Насчет «мирных и довольных своей участью крестьян» я уверен не был, но с остальным пришлось согласиться.

— А если отменить встречу?

— Та же загвоздка, только последствия не столь поганые.

— М-да. А как насчет разорвать договор с орками и Левой Рукой? Чтобы у них не было причин нарываться на неприятности? Они же практики, сама знаешь.

— И как ты предлагаешь это сделать?

— Ну, не знаю. Вежливо попросить?

— Ты хоть пару слов способен связать серьезно?

— Не без усилий.

— Влад…

— Ладно, я знаю, что делать. Возможно. Придется сделать пару предположений, и теперь, когда я знаю, что цель — не Десаниек, а… как бишь там его?

— Кальто.

— Да. Так вот, когда я это узнал, я не столь уверен в своей способности делать предположения, но все равно собираюсь так поступить.

— И что ты собираешься делать?

— Найти убийцу и прикончить его.

Она побарабанила пальцами по столу.

— Хорошо, — проговорила она. — Я могу помочь?

— Да, — сказал я. — Мне угрожала Левая Рука. Или, вернее, не мне, а Коти.

Она прищурилась.

— И ты все-таки не отступаешь?