Надька, сейчас выгоню к чертям собачим. Не баламуть мне ребенка!

– А я не пойму, что тебе не так?!! – удивленно развела руками тетка, - Хочешь малого в гроб загнать? Или что? А так, девке – учеба и работа, Павлу – деньги на лечение. Тебе – легче будет содержать вас двоих, чем в три рта еду таскать. Так и вытянете. ЧТО НЕ ТАК??

Еще один круг по кухне, и смиренно присела на стул. Тяжело дышит, хрипит, шипит мать, сходя с ума от рассуждений и волнений.

– А вдруг… они что-то там будут с ней делать?

– Та, Господи, мать, ты че, сдурела? Что с ней сделают?

– Увезут в непонятном направлении. Откуда я знаю?

– Чего в непонятном? Где-то в Карпатах. Я же говорила тебе.

– Где-то, - гневно передернула, скривилась.

– Будете заключать тот… как его, контакт, так и узнаешь всё. Что, куда и насколько.

– А как часто домой будут отпускать?

– Вроде, как недельку зимой и две недельки летом, - спешно обернулась ко мне, радуясь, что хоть кто-то нормально реагирует на ее слова.

– ОЙ, не. Нет. Я против, - снова мама махнула на все рукой и отчаянно опустила голову.

– Моя судьба – и я решаю!
– (набравшись смелости, храбрости и включив тумблерок в отметку «взрослая», мерно отчеканила я слова) – Давайте сюда телефон. Я буду звонить да пытаться ехать. ХВАТИТ УЖЕ С НАС попыток жить на авось. Хватит.

Глава Вторая

Не знаю, на какие именно табеля они смотрели, какие характеристики читали, или это мои грамоты с олимпиад, но меня… приняли.

Буквально на следующий день приехали с контрактом.

***

Спешно пробежалась глазами по строчкам…

– Лера, как хочешь, а я подписывать не стану, - отчаянно прошептала мама и откинула бумаги в сторону.

– И не надо, - тут же схватила я ручку и накалякала мамину роспись.

– ДЕВУШКА! – только и успела вскрикнуть женщина (представитель), - Что вы делаете? Только родители могут…

– Не переживайте, - тут же ее перебила. – Я за мать декларации в налоговую подписываю, когда ношу, так что, там проблем нет, и здесь - не будет. Разницы никто не заметит.

– Лера, Лера. Я тебе это не прощу, - обижено прошептала мама и отвернулась.

Слезы на ее глазах.

Но мы все понимаем, что выбор сейчас стоит НЕ между моим будущим и ее материнской любовью,

А между жизнью Павлика - и моими жертвами.

Выбор сделан.

В конце этой недели… я уезжаю.

Решено.

А полученная материальная помощь – лучшая плата нынче, за все будущие… неудобства.

***

– Пашка, не шали, - игриво защекотала за бока брата. – Маму слушай. И не вредничай.

– Ой, ой, ой. А ты и не узнаешь.

(«злобно» цыкнула)

– Как приеду, мама все расскажет – и я… Я!!! – снова щекочу… до смеха (и кашля).

– Ладно, сдаюсь, - пробурчал, все еще улыбаясь (едва не захлебываясь лаем легких). – Буду послушным, только… ты мне сувениров привези.

– Обязательно, обязательно, мой маленький рыцарь.

– Я – не рыцарь! Я – солдат! Пиф-паффф!

– Партизан?

– Разведчик.

– Ну, ну, - ласково улыбнулась, потешаясь над мечтами брата. Поцелуй в лоб и прикрыла одеялом. – Спи, давай. И выздоравливай.

***

В сумку запихнуть пару свитеров, старые джинсы, футболки, белье.

Не забыть зубную щетку …

Все по списку.

Пунктики есть – а не всегда находиться то, что нужно, можно положить.

Черт с ним. Говорили, гос. обеспечение – так давайте, начинайте. Я вся ваша…

***

Шесть утра. Пешком сунемся с сумками в центр города, на автобусную остановку. Место встречи.

Со всего города нас оказалось - человека четыре. И все девушки. Нелепо, исподтишка, поглядываем друг на друга. Не общаемся.

Родители – голова глохнет от проблем, а дети – дети, смущенные, все еще пытаются мысленно удержаться за юбку матери, а не радоваться «рандеву». Пытаемся все вариться в собственном соку, не смотря в глаза будущему.

Молчит мама. Молчу я.

Не смотрим и мы друг на друга.

Тяжелый вздохи. Тяжелые мысли…

Хочется, безумно хочется на все наплевать. Убежать, ЗАКРИЧАТЬ, что ничего всего этого мне не нужно. Что остаюсь я дома. ДОМА, что и так справимся.

Справимся…. Но можем и не успеть.