Шрифт:
— Альфентанил? Обезболивающее?
— Наверняка обчистили больницу или какого-нибудь ветеринара. Мы это вещество применяем не так часто, от него возникает страшная зависимость. Но твоей жене, кажется, чертовски повезло.
— Как это?
— Она осталась жива.
Эрик вернулся к Симоне в палату, чтобы расспросить о подробностях, чтобы она описала похищение еще раз, но она спала. Ее губы после промывания были в ранках и трещинах.
В кармане зазвонил телефон, и Эрик торопливо вышел в коридор.
— Да?
— Это Линнеа из регистратуры, к вам посетитель.
Только через несколько секунд до Эрика дошло, что это стойка регистратуры неврологического отделения здесь, в больнице, что с ним говорит Линнеа Окессон, которая работает в регистратуре четыре года.
— Доктор Барк? — осторожно позвала она.
— У меня посетитель? Кто?
— Йона Линна.
— Хорошо. Попросите его пройти в комнату отдыха. Я буду ждать его там.
Закончив разговор, Эрик постоял в коридоре. Мысли проносились в голове с безумной скоростью. Он думал о сообщениях на автоответчике: Роланд Свенссон из полиции несколько раз звонил ему, чтобы предложить защиту. Что произошло? «Кто-нибудь угрожал мне?» — подумал Эрик и похолодел, когда осознал необычность ситуации: комиссар уголовной полиции ранга Йоны Линны лично является на встречу, вместо того чтобы позвонить.
Эрик вошел в комнату отдыха, остановился перед пластиковыми крышками над бутербродной нарезкой, ощутил сладковатый запах хлеба. Внезапно ему стало плохо. Руки тряслись, когда он наливал воду в поцарапанный стакан.
Йона идет сюда, подумал Эрик, чтобы сказать: мы нашли тело Беньямина. Вот почему комиссар явился лично. Он попросит меня сесть, а потом скажет, что Беньямин умер. Эрик не хотел думать об этом, но мысль уже засела у него в голове; он отказывался верить ей, но она все возвращалась и возвращалась. Перед глазами чередой пронеслись страшные картины: тело Беньямина в канаве возле шоссе, в черном мешке для мусора, где-нибудь в лесу, валяется на глинистом обрыве.
— Кофе?
— Что?
— Налить вам?
Молодая женщина с блестящими светлыми волосами стояла над кофеваркой и протягивала ему колбу. От свежесваренного кофе шел пар. Женщина вопросительно смотрела на Эрика. Он сообразил, что у него в руках пустая кружка, и покачал головой, глядя на входящего в комнату комиссара.
— Давайте сядем, — сказал Йона.
У него был беспокойный взгляд, он старался не смотреть Эрику в глаза. Эрик помолчал и почти беззвучно ответил:
— Хорошо.
Они сели за стол (бумажная скатерть, солонка), стоявший в глубине комнаты. Йона почесал над бровью и что-то прошептал.
— Что? — спросил Эрик.
Йона тихо кашлянул и начал:
— Мы пытались связаться с вами.
— Я вчера не отвечал на звонки, — слабо сказал Эрик.
— Эрик, мне очень жаль. Я вынужден сообщить вам, что…
Йона помолчал, взглянул на Эрика гранитно-серыми глазами и объяснил:
— Юсеф Эк бежал из больницы.
— Что?
— Вы имеете право на полицейскую защиту.
У Эрика задрожали губы, глаза наполнились слезами.
— Как вы сказали? Юсеф сбежал?
— Да.
Эрик испытал такое облегчение, что ему захотелось лечь на пол и уснуть. Он торопливо вытер глаза.
— Когда он сбежал?
— Вчера вечером… убил медсестру и тяжело ранил еще одного человека, — хмуро сказал Йона.
Эрик несколько раз кивнул, и мысли торопливо побежали по новому, пугающему пути.
— Он приходил к нам ночью и забрал Беньямина, — сообщил он.
— Что вы сказали?
— Он забрал Беньямина.
— Вы его видели?
— Не я. Симоне…
— Что произошло?
— Симоне сделали укол, сильное обезболивающее, — медленно начал Эрик. — Я как раз получил результаты анализов. Препарат под названием альфетанил, его используют во время серьезных хирургических операций.
— Но она хорошо себя чувствует?
— Выкарабкается.
Йона кивнул и записал название лекарства.
— Симоне говорит, что Беньямина забрал Юсеф?
— Она не видела лица.
— Понятно.
— Вы найдете Юсефа? — спросил Эрик.
— Найдем, можете на нас положиться. Его объявили в государственный розыск. Он тяжело ранен. Никуда не уйдет.
— Но у вас нет никаких следов?
Йона твердо взглянул на него:
— Я уверен, что мы его скоро поймаем.
— Хорошо.
— Где вы были, когда он пришел к вам в дом?