— Мы найдем тут кого-нибудь, — сказал механик, — идемте.

Продавец, стоя на пороге, пил стакан белого вина за свое собственное здоровье, в ожидании обычных посетителей.

— Можете вы сказать, где живет господин Ришар? — спросил Рене.

— Торговец дровами?

— Да.

— В конце деревни, на большой улице. Вы увидите вывеску.

— Благодарю вас.

— К вашим услугам. Это все, что вы хотели знать?

— Не совсем. Будьте так добры, скажите, знаете ли вы некоего Проспера Гоше?

— Проспера Гоше? — повторил торговец, стараясь припомнить. — Нет, мне даже кажется, что я никогда не слышал этого имени.

Наши друзья сели в экипаж и приказали ехать по указанному адресу.

Настежь открытые ворота позволяли видеть большой сарай, наполненный вязанками дров; направо находился жилой дом и контора.

Этьен и Рене вошли в контору.

Человек лет тридцати что-то писал в книге.

— Что вам угодно? — спросил он.

— Мы хотим поговорить с господином Ришаром.

— Это я.

— Имеете вы дела с господином Проспером Гоше?

— Очень возможно, так как у меня много покупателей. Но я не помню этого имени. Где живет господин Гоше?

— Мы пришли к вам в надежде узнать это.

— Что он делает?

— Мы не знаем.

— В таком случае, почему же вы вздумали обратиться ко мне? — с видимым недоверием спросил торговец.

— Очень просто. По поводу одного наследства нам надо найти господина Проспера Гоше, адрес которого нам неизвестен, но мы знаем, что он недавно купил у вас дрова.

— Уверены ли вы в этом?

— Совершенно уверен, 20 октября вы доставляли ему дрова.

— Как вы узнали?

— Из счета, найденного на дороге.

— В Монтрейле?

— Нет, в Париже.

— У вас с собой этот счет?

— Вот он.

Торговец посмотрел бумагу, которую подал ему Рене.

— Да, — сказал он, — вот клеймо моего кассира, заказ был сделан в мое отсутствие, но я могу ответить, так как, без сомнения, он занесен в книгу.

Ришар открыл книгу заказов за 20-е число.

— Да, — сказал он, — действительно, господин Проспер Гоше покупал у меня дрова.

Рене и доктор переглянулись.

— Только, — прибавил торговец, — я не вижу адреса.

— Не может быть! — воскликнул Рене.

— Посмотрите сами…

— Однако вы доставили ему дрова?…

— Да, конечно. Но, вероятно, господин Проспер Гоше приказал погрузить дрова при себе и сам показал дорогу.

— В таком случае, тот, кто отвозил дрова, укажет нам этот адрес.

— К несчастью, он уехал в Жуанвиль и вернется не ранее как через два часа.

— Благодарю вас, мы придем через два часа.

Рене взял обратно счет и вышел вместе с Этьеном.

— Что нам делать? — спросил Рене.

— Вооружиться терпением и ждать, — ответил племянник Пьера Лорио.

— В таком случае, отошлем экипаж.

— Да, тем более что я еще должен предупредить моего шарантонского помощника, что не могу приехать сегодня в госпиталь. Я напишу телеграмму и попрошу кучера отдать ее на первой телеграфной станции; затем мы позавтракаем, чтобы убить время.

Молодые люди зашли в кафе.

Доктор написал депешу, а кучер, получив щедрую плату, охотно взялся отправить ее и исполнил поручение с примерной точностью.

В указанный час оба приятеля были снова у Ришара.

Работник, возивший дрова, вернулся.

— Жак, — сказал ему хозяин, — вот эти господа желают задать тебе несколько вопросов по поводу доставки, порученной тебе 20-го прошлого месяца.

— Доставки 20-го прошлого месяца? — повторил Жак. — Кому?

— Господину Просперу Гоше.

— Да, да, я припоминаю.

— Куда же вы отвезли дрова?

— Недалеко отсюда. На холм патронного завода, в Баньоле.

Спрашивавшие вздрогнули от радости и надежды.

— В частный дом?

— Да.

— Вы помните покупателя?

— Отлично.

— Опишите его!

— Их было двое…

— Двое!…

— Маленький толстяк и другой, высокий и худой.

Этьен и Рене снова переглянулись. Лакей в ресторане Ришфе также говорил о высоком, худом и о маленьком, толстом. Казалось несомненным, что оба эти описания относились к одним и тем же лицам.