Плачущий ребенок очень медленно успокаивался. Рейн находилась в напряжении долгое время. Уложив наконец мальчика, она почувствовала руки Кайла, которые бережно оттаскивали ее от кроватки. Обессилевший Стивен уснул, но его пальцы все еще сжимали ее волосы. Кайл вновь пришел на помощь, высвобождая красивые пряди и засовывая маленькие кулачки Стивена под одеяло. По его мужественному лицу было невозможно понять, что он думал или чувствовал, и Рейн, у которой едва высохли слезы, спросила:

— Вы думаете, он будет в порядке? Это был такой шок, что я не знала, что сказать.

— Вы все правильно сказали.

Рейн встала у кроватки, пошатываясь, и попыталась поставить перила на место. Кайл подошел к ней сзади, стремясь помочь, и это было как раз вовремя, так как ее руки сильно дрожали и шум от падения металлического прута на пол мог снова растревожить малыша.

— Я не должна была уходить от него сегодня, — произнесла она, глядя с любовью на спящего ребенка. — Я предчувствовала сегодня утром, что что-то будет не так… Он не бывает таким капризным без причины… Правда, я должна уже вернуться в магазин. — Она вытерла глаза ладонью, голос ее дрожал. — Но черт с ним, с магазином! Почему мне нельзя побыть здесь, когда Стивен очень нуждается во мне?

Она прошла мимо Кайла и склонилась над кроваткой с другой стороны, чтобы между ними было какое-то расстояние. Рейн была слишком растрогана, чтобы превозмочь чувство, которое терзало ее. Останься она в эту минуту рядом с Кайлом — и она бросилась бы к нему в объятия. Но сделать это не позволяла гордость, причем гордость Кайла, а не ее собственная. Она была слишком виновата перед ним, а он и сейчас смотрел на нее немного холодно, немного сердито, и у нее не находилось слов. Что хорошего могла бы сказать она?

Съежившись, как от холода, она обхватила руками свою узкую грудь и задумчиво посмотрела На Стивена. Его она тоже подвела. Бедный мальчик! Он рассчитывал, что она будет беречь его маленький мир, а она вместо этого сделала то, чего ей вовсе не следовало бы делать — позволила ему научиться любить ее. А вот теперь ей, видно, предстоит уйти из его жизни, зная, что впоследствии память о ней займет в его мальчишеской жизни не намного больше места, чем любое хорошее время, которое он будет вспоминать. А еще через несколько лет, вероятно, она будет для него всего лишь одним из взрослых людей, которые не стоили его доверия.

Серьезный голос Кайла мягко зазвучал в небольшом пространстве комнаты, и она подняла глаза, чтобы видеть его.

— Дети жизнерадостны, Рейн. С ним будет все в порядке.

— Я не знаю, — ответила она. — Справедливо ли было давать ему эту призрачную надежду? Мы сказали ему, что позаботимся о нем… будто обещали это навсегда.

— А разве вы обещали неискренне? — спросил Кайл.

— Вы не понимаете, — досадовала Рейн, ее глаза заблестели. — Кайл, мне не дадут усыновить Стивена. Они мне просто не позволят этого сделать.

— Почему?

Она горько усмехнулась, но потом рассказала ему о вечеринке, которая не удалась, о несвоевременном визите Луизы Стейси. «Вот, видите, — заключила она в отчаянии, — совершенно ясно, что мое заявление не будет рассмотрено». Кайл не ответил, и она закрыла глаза, стараясь не показать противоборства нахлынувших чувств.

— Я думаю, что это расчищает путь для вас, если вы все еще хотите Стивена, — сказала она металлическим голосом. — Почему они вам не разрешат? Вы самый прекрасный человек, с которым агентство когда-либо имело дело. А я большая дура… Мег мне все рассказала, Кайл. Я знаю о хирургических операциях, которые вы делаете. Я знаю о фонде, оказывающем поддержку Стивену и другим. Я также убедилась, что все мои обвинения были несправедливы и необоснованы. Что еще сказать, кроме того, что я очень, очень сожалею, что не доверяла вам?

— Извинение принято. — Она не слышала, как он подошел, но когда она открыла глаза, он стоял совсем близко, на расстоянии лишь двух футов, его лицо было решительным. Он был сейчас необыкновенно привлекателен, и ей, как никогда прежде, захотелось восстановить их прежние отношения, чтобы уже ничего не стояло между ними.

— Я плохо отвечала на вашу доброту, — сказала она нежно.

— Доброта тут ни при чем. — Он засмеялся нетерпеливым смехом, протянул руку, лаская завитки ее волос красно-золотистого цвета, затем прижал их к своей щеке. — Рейн… иногда я немножко схожу от вас с ума. Тогда я говорю себе, что вы не так уж и глупы.

— Вы избегали меня? — Рейн обиженно посмотрела на него.

— Почему вам не хотелось просто все объяснить мне и поверить в мою искренность?

— Вы не давали мне этой возможности, — сказал Кайл невесело. — Это было похоже на то, будто я в отчаянии бьюсь каждый раз головой о кирпичную стену. Но помните, я уже как-то сказал вам, что вы ошиблись, и ждал, что следующий шаг к примирению будет с вашей стороны. — Он взял ее за плечи, будто хотел потрясти, но не сделал этого. — Я все еще жду, леди.