— Я взяла обруч. Он у меня в столе.

— Значит, вы думаете, что под «наградой» он подразумевал золотой обруч?

Сьюзен пожала плечами.

— Ну и как это понимать? — с чувством произнес Дэвид. — У них что, какое-то тайное общество? Вроде ордена иллюминатов и прочей чепухи?

— А что вы знаете об иллюминатах? — поинтересовалась американка.

— Только то, что их всегда приплетают, когда говорят о всемирном заговоре, — ответил Браун.

— Есть еще масоны и приорат Сиона. Плюс тысячи других, — добавила Сьюзен.

— Вы в них не верите?

— Не совсем. Конечно, вряд ли все эти истории — абсолютный вымысел, но… То, что обычно выдают за тайный заговор, является попыткой увязать несвязанные вещи.

— И как вы предлагаете объяснить нашу историю, чтобы она не выглядела полным бредом?

Сьюзен вздохнула.

— Может быть, никак. В конце концов все кончится тем, что мы посмотрим на «метку» и вернем ее владельцам. Преступника отправят в тюрьму или в сумасшедший дом. А загадка так и останется загадкой. Кто знает, может быть, у нас просто не хватает информации? Может, и теории заговоров возникают потому, что кто-то получает только часть картинки и пытается додумать все остальное?

Дэвид молча крутил руль, глядя на дорогу.

Сьюзен положила руку на его плечо и тихо сказала:

— Все не так уж плохо. Мы проверили себя на прочность и теперь знаем, что не струсим в трудную минуту, — если, конечно, не считать, что нам обоим надо провериться у психиатра. Сейчас подходящий момент, чтобы сойти с дистанции. Не думаю, что мне захочется повторить все это.

— Наверно, вы правы, — кивнул Дэвид. — Я обрадую своего клиента, а вы вернетесь к работе над коллекцией. Мы оба живы. Это не такой уж плохой результат, верно?

— Совсем не плохой, — уверенно ответила американка. — Возможно, мы даже кончим тем, что станем друзьями, — добавила она с улыбкой.

За беседой они незаметно добрались до дома Дэвида. Он поставил машину недалеко от входа.

Квартира Дэвида находилась на верхнем этаже большого здания, перестроенного на рубеже веков. В ней было две спальни — главная и чуть меньшего размера, с одинокой кроватью, заваленной какими-то коробками.

Дэвид предложил Сьюзен свою комнату, но она настояла, что ляжет спать в маленькой, заверив, что в ней будет чувствовать себя гораздо уютнее.

Белая футболка американки была испачкана, волосы слиплись от крови. Она сказала, что хочет принять душ.

Пока Сьюзен была в ванной, Дэвид поискал для нее чистую одежду и нашел старую удобную толстовку, спортивные рейтузы, теплые носки и спортивные брюки — все только что из прачечной. Он разложил вещи на постели, предварительно смахнув с кровати коробки и застелив ее свежим бельем. Сьюзен еще не вышла из душа.

Она появилась только минут через двадцать, завернутая в полотенце, и торопливо проскользнула в свою комнату.

Дэвид постучал.

— Хотите горячего шоколада? — спросил он. — Говорят, это лучшее средство от ушибов.

Американка приоткрыла дверь, и он увидел ее мокрую голову и голые плечи, покрытые капельками воды.

— У вас есть эта крепкая штука с миндалем? — поинтересовалась она. — Ореховый ликер?

— «Амаретто»? — догадался Дэвид.

— Ну да, она.

— Кажется, был, если только его не выдул мой приятель Банджо. Он считает, что его долг — выпивать все, что задерживается в моей квартире дольше месяца. Он называет это «помощью». Ликер лучше добавить в шоколад или подать в чистом виде?

— В шоколад. По крайней мере для начала, — ответила Сьюзен.

— У меня есть время принять душ, пока вы не переоделись? — спросил Дэвид.

— Господи, это же ваш дом. Решайте сами. Если только осталась горячая вода — кажется, я использовала все до капли. Простите.

Дэвид поставил молоко на слабый огонь и отправился в ванную. Вернувшись, он оделся. Американка уже сидела в комнате, забравшись с ногами на его диван.

— Белые кальсоны — просто класс, — сказала она.

Дэвид смутился.

— Я просто не знал, нужно ли вам… Носите ли вы…

— Не волнуйтесь. Простите, что все время вас дразню, — это глупо. Вообще-то, я часто надевала такие штуки, когда училась в средней школе. Это было что-то вроде «бельевой революции».

Дэвид покачал головой:

— Не говорите мне, что вы носили под школьной формой. Я не хочу это знать! Мне и так уже кажется, что я совершил что-то противозаконное.

— С каких пор вас стали беспокоить проблемы с законом? — усмехнулась Сьюзен. Она кивнула на молоко. — Лучше будьте хорошим мальчиком и найдите мне ликер. — Она добавила хрипловатым голосом, подражая южному акценту: — Принеси мамочке лекарство.