— Ну что, Синнита, не настало время пророчеств? — с усмешкой спросил он. Он стоял на балкончике в своей обычной тёмно-фиолетовой одежде, нисколько не изменивший своего облика своей таинственной магией. Всё такой же тонкий и невысокий, только выражение лица иное. Это уже не прежний Калвин — немного забавный, немного противный. Его лицо заострилось, глаза приобрели цепкое выражение, скулы выделились. Он явно чувствовал себя хозяином положения. Но Моррис заметил, что Владыка чего-то ждёт.

— Да. Настало. — наконец, разомкнул губы сибиан. — Настало время исполнения пророчеств. Что ты хочешь знать, Рушер?

Моррису не было видно выражения лица сибиана, но в его ровном голосе звучала тонкая насмешка. Да что же они оба сегодня взялись дерзить Владыке?! Думают, это игрушки всё?! Моррис молчал и держался в тени — он пытался помочь и тому, и другому, но всё же своя шкура дороже.

Владыка потемнел от гнева, веки его затрепетали.

— Действие первое! — провозгласил он и резко хлопнул в ладоши.

На противоположную платформу тут же выбрались из арки стражники. Они тащили большие закрытые клетки. Установили их вплотную к ограждению и сняли часть перил. И застыли в ожидании приказа.

Что пряталось в ящиках, видно не было — в металлических имелись только мелкие дырочки. Но сами ящики подрагивали, и ясно, что в них прячется что-то живое.

— Сегодня у нас несколько иная технология. — любезно сообщил Рушер, обращаясь к зрителям так, словно устраивал увлекательную экскурсию по заводскому производству. — Работаем медленнее, но качественнее.

Он явно наслаждался производимым впечатлением: эффектно поднял руки в воздух, с улыбкой посмотрел на посетителей и звонко топнул по полу. На первом ярусе что-то зашуршало — звук был металлический.

— Да вы смотрите, не стесняйтесь. — радушно пригласил своих гостей Владыка, и стражи тут же удалили заграждение перед Синнитой и Мелковичем.

Внизу раздвигался металлический пол. Половина его оставалась неподвижна, а вторая часть складывалась и расползалась в стороны. Открылся круглый бассейн, наполненный густой розовой массой, похожей на студень. Масса секунду-две оставалась неподвижной, затем начала пузыриться и вспучиваться.

— Я думаю, вы уже догадались, для чего это нужно. — заметил Рушер. Он сделал знак другой стороне, и корявые здоровенные стражи тут же открыли два контейнера. В одном находилось странное животное, напоминающее крокодила, а во втором скрывался аллерс. Его сиреневое лицо было перекошено от ужаса. Крылья птице-человека были аккуратно обмотаны прозрачной лентой.

— Как тебя зовут, аллерс? — с притворным участием спросил Рушер.

Тот с ненавистью глянул на него и не ответил.

— Вот какие мы гордые. Но это ненадолго, уверяю тебя. Кстати, не хочешь напоследок спросить какое-нибудь пророчество? Вот, тут у нас пророк — Синнита Белый.

— Нет! — крикнул аллерс. — Ты промахнулся, Рушер! Синнита — белый примат! Мне жаль тебя, сибиан, но я счастлив, что ты не Синнита!

— Что за планета! — пожал плечами Рушер. — Сплошные герои! Да, настало время героев, как говорил Синнита. Знакомься, сиреневый, — перед тобой герой.

Аллерс посмотрел на Мелковича и ничего не сказал.

— Не впечатляет? — усмехнулся Владыка. — А между тем это действительно герой, правда, бледный что-то очень. Кажется, до него доходит, что он подоспел как раз к финалу, к чудному концу грандиозного пророчества о герое сибианов. Мне даже жаль, что всё так просто завершилось. Нет, Мелкович, весь ты не умрёшь — твои кусочки будут работать на меня в разных сочетаниях. Возможно, я даже сформирую целый отряд из твоих фрагментов и назову его твоим именем. Ну ладно, это потом, а сейчас банька уже согрелась. Приступайте.

Стражники мгновенно швырнули в розовую массу отчаянно извивающегося крокодила, а следом и аллерса. Пронзительный крик птице-человека оборвался, когда протоплазма чавкнула и поглотила обоих. Её поверхность принялась интенсивно перемешиваться.

— У нас есть пара минут, чтобы побеседовать. — деловито сообщил Рушер. — Итак, я слушаю тебя, пророк. Ты что-то хотел сказать мне. Я был бы рад с тобой сотрудничать. Видишь ли, только твоё упрямство вынуждает меня прибегать к жёстким мерам. Если бы не это, мы бы сейчас мирно беседовали за ужином. Заметь как прошло твоё задержание: никакой грубости, ничего не поломали, никого не убили. Ты не можешь отрицать, что я был терпелив. Ну, так что? Сейчас скажешь или погодишь, когда Боба кинем в переплавку?

— Рушер, ты сволочь. — сказал Боб.

— Тебе ещё не давали последнего слова. — не глядя на бывшего сокурсника, ответил Калвин, он пристально смотрел на пророка.

— К спрятанным тобой Силам живому не подступиться. — уклончиво сообщил Синнита.

— Это я и без тебя знаю. — нетерпеливо прервал его Рушер. — Однако, начало разговору положено. Вопрос второй — где? Ещё не открылось видение? Ладно, подождём пока, потому что пирожок уже испёкся.

Он указал вниз.

Из отвратительной розовой массы выползала на помост здоровенная тварь, помесь крокодила и человека — два существа слились в нём и образовали новое. Крылья аллерса утратили сиреневый цвет. Оперение на них частично заменилось костяными пластинками. Новый синкрет встал на задние конечности и затряс крыльями, избавляясь от протоплазмы. Он задрал вверх голову и бессмысленно посмотрел на людей круглыми глазами. Морда его карикатурно напоминала человека, но челюсти мощно оснащены острыми зубами.