— Я не понимаю! — она изо всех сил старалась не заплакать. — Я не понимаю, что со мной не так! Почему я не такая, как все?

— А почему ты хочешь быть такой, как все? — спросил я в ответ. — И почему ты думаешь, что с тобой не все ладно? Только потому, что тебе нравится спать с женщиной, а мысль о сексе с мужчиной вызывает стойкое отвращение?

— Да, поэтому.

— Ты не спала с мужчиной, но одна мысль об этом вызывает в тебе отторжение. А как бы ты вела себя, если бы я согласился и переспал с тобой? Чего молчишь? В который раз мученицу из себя разыграла бы? Ой, берите меня. Сколько хотите, но запомните: вам будет принадлежать только мое тело, но не душа… Тьфу! Я понимаю, зачем ты пришла на шоу, понимаю, почему ты осталась…

— Ничего ты не понимаешь! Мне нужен этот приз! Я пять лет ради него здесь сижу! И он мне нужен!

— Но почему? Тебе так нужны деньги? Хочешь купить в Москве квартиру?

Инга всхлипнула:

— Причем тут квартира? Я отдам приз Алисе, и она снова будет со мной…

Черт, а вот до этого я не дотумкал! И если бы не случайная оговорка, до сих пор бы пребывал в уверенности, что Инга так и не решилась признаться Алисе в любви…

— Ты с ней спала?

— До тех пор, пока она не стала встречаться с Мартом, — кивнула Инга. — Она, как мартовская кошка — если не любовь, то течка. Любовь у нее случается редко, а вот течка бывает почти всегда. Марту как-то удается держать ее в узде.

Феноменально! Два балла тебе, Дэн за знание человеческой психологии! А лучше сразу вбей себе кол в задницу — в знак профессионального поражения.

— Знаешь, о чем я сейчас жалею? О том, что не переспала с Мартом.

— Объясни…

— Так бы я знала, чем он ее берет…

Чем-чем… Черт, одна пошлость в голову лезет…

В этой ситуации я поступил, как настоящий мужчина — снова надрался и отключился.

— Просыпайся, милый, — прохладная рука скользнула под одеяло и потеребила морщинистые сонные бомбошки. Тело мгновенно отозвалось на нежданную ласку. Я сбросил одеяло и потянулся, демонстрируя утреннее возбуждение. Женский пальчик застыл на мгновение на вздыбленной головке, но тут же игриво спустился вниз по обвитому венами стволу. М-м! Если бы при этом можно было не просыпаться!

— Ты стерва, Алиса!

— Комплимент, надеюсь? — спросила она, пристраиваясь рядом. — Разве ты не любишь стерв? Скажи, что любишь, — Алиса призывно потерлась бедрами. — И тогда получишь сладкую конфетку.

— У конфетки есть начинка?

— Попробуй — и узнаешь.

Она возбуждала. Все в ней было прекрасно, и лицо, и душа, и отсутствие одежды. Все, кроме характера. С нее станется лечь под меня, а после заявить об изнасиловании. Но как же хороша чертовка! Я коснулся губами розового соска. Алиса засмеялась. Еще минута, и точно не выдержу — в конце концов, никто здесь не давал обета целомудрия. Черт, она уже за себя принялась: такое и в порно не всякий раз увидишь.

— Я уже влажная…

— Рад за тебя.

Я натянул трусы и отодвинулся.

— Не поняла? — идеальные брови недоуменно сошлись на переносице.

— Дорогуша, тебя случаем никто не потерял поутру?

— Ты о Марте или об Инге? — усмехнулась она.

Вот сучка!

— О них.

— Фу! Как пСшло и неинтересно! Все настроение испортил! — Она по-кошачьи зевнула и поудобнее устроилась на моей постели. — Может, до кучи помянем и Фиму?

— Он умер этой ночью?

— Шуточки у тебя! Но я тебя прощаю! Теперь тебе придется со мной поработать, чтобы я тебя захотела. Я хочу тебя!

Она меня хочет! Хочет она меня. Меня! Я уже кипел, горел и покрывался пузырями желания. Еще немного — и произойдет необратимая химическая реакция.

Алиса мурлыкала что-то, подкрадываясь ко мне все ближе и ближе:

— Послушай, Дэн, ты переживаешь не лучшие времена. Мне тоже как-то не по себе. Будто должно случиться что-то страшное. Я очень боюсь. Март со вчерашнего дня со мной не разговаривает, Инга все время плачет, Фима ругается. А ты — психолог. С тобой легче.

— Я — психиатр.

— Расскажи моей бабушке, — усмехнулась она. — Ты такой же психиатр, как я фотомодель. Брось, Дэн, мы оба притворяемся и знаем об этом. Но разве это имеет значение?

— Ты о чем?

Она лениво намотала на палец прядь длинных каштановых волос:

— Мы не те, за кого себя выдаем. Но здесь каждый такой. Другим в шоу дорожка заказана. Что ты знаешь о тех, кто принимал участие в «Крыше»? Что ты знаешь о тех, кто здесь остался? Я отвечу тебе — ничего. Ты попался в ловушку, и она захлопнулась. Как и нам, тебе уже не уйти. Ты — часть системы. И чтобы выжить, нужно принять ее правила. Я предлагаю тебе расслабиться и получить удовольствие. Хочешь?