— Кроме воздуха вы обладаете еще какой-то силой. Но какой?

— Ха-ха-ха! Думаешь, я так просто тебе скажу?

Кити разозлило то, что Дикий смеется.

— Что смешного?

— Тебе что, делать нечего? Зачем тебе это знать?

— Я должна знать, кто во мне сидит и какая у него сила.

— Вот как? Мала еще.

Кити напрягла мысли. Тут все затряслось и завертелось. Свет начал гаснуть.

— Если так, то все сейчас здесь обрушится к черту. Либо делитесь со мной либо…

— Стой, погоди! Не горячись. Хорошо. У меня сила Звездной пыли. У Гидры, кстати, тоже есть эта сила.

— Да? А такая сила не может пропадать зря!

— О чем ты?

— Вы все равно не можете отсюда выбраться. А зачем Звездной пыли пропадать зря?

— Какая ты противная. Ладно. Получай!

Дикий раскрыл свою зубастую пасть. Оттуда вылетел маленький шарик. Он так и сверкал золотистым светом. Шарик влетел в Кити. Кити потеряла сознание.

Вдруг она открыла глаза. Рядом с ней сидел Мичи. Он смотрел Кити в лицо заинтересованным взглядом.

— Очнулась?

Кити кивнула.

— Эх. Кити, Кити. Во что же ты попала на этот раз?

— Да так. Ты же знаешь, что происходит с демоном, когда он оказывается в своей среде обитания?

— Ну, знаю. Погоди, ты хочешь сказать, что попала в лес?!

— Ну, да.

Мичи побледнел. Если, конечно, это допустимо с его итак белоснежной кожей.

— Бедная-бедная Кити. Как я тебя понимаю.

— И у тебя такое было?

— Да, было.

— А как же ты тогда не умер?

Мичи начал разматывать бинт на левой кисти руки. Он снял бинт. Там красовалась такая же звезда, как у Кити на правой руке.

— К…как так?

Кити была в шоке.

— Скажи, у тебя ведь тоже?

Кити достала из-под одеяла правую руку. Кровь на следах от укуса запеклась. Кити и Мичи недоуменно переглянулись. Из молчания первой вышла Кити.

— А как эта метка появилась у тебя?

— Сначала у меня была такая же защита, как у тебя. Но потом, как-то раз я попал в море. Я думаю, тебе не обязательно объяснять, что со мной случилось. Я был при смерти. Я лежал в больнице. Но тут появился он.

— Кто? Только не говори, что это был парень, со странными глазами и черными блестящими волосами!

— Именно он и был. Он укусил меня за руку, и у меня появилась эта метка. С тех пор моя защита пропала. Но зато я выжил.

— Хм. Интересно, а моя защита тоже пропала?

Кити взяла с тумбочки иглу и уколола ладонь.

— Ай!

— Что, больно?

Кити широко улыбнулась. Мичи посмотрел на нее. Тут ему ужасно захотелось засмеяться. Кити это заметила.

— Что развеселило?

— Ты так смешно сказала "Ай"!

— Хи-хи-хи! Как смешно!

Кити самой вдруг стало смешно. Мичи не удержался первый. Он начал смеяться. Кити редко видела, чтобы он смеялся. Да и самой ей стало так весело, что она засмеялась.

Тут дверь открылась и в палатку сунула голову Тару.

— Кити! Ой, кто это?

Она удивленно посмотрела в глаза Мичи, но тот отвернул голову. Он только собирался убежать, как Кити крепко схватила его за руку.

— Куда? Стоять!

Мичи не мог уйти, если этого не хочет Кити. Он послушно сел на место.

— Ладно, если ты так хочешь…

Кити тихо ему прошептала:

— Только не показывай свои глаза и метку на руке. А то она в кому впадет.

Мичи слабо улыбнулся. Кити понимала, что Мичи не любит общество. Тем не менее, она больше всего сейчас хотела, что бы он остался.

— Кити, а это кто?

Тару села на табуретку с другой стороны от койки Кити. Ей не очень понравился Мичи.

— Тару, знакомься. Это Мичи. Тоже мой друг.

— А почему я ничего не знала?

Мичи оставил подобный вопрос при себе. Он сам знал ответ.

— Эмм, ну, просто… я вижу, что вы не очень полюбили друг друга. Я не очень хотела, чтобы это случилось.

— А, понятно. А сама-то ты как?

— Я-то? Нормально.

— Ничего подобного!

В кабинете стояла Юми.

— Еще день полежишь здесь!

— Кого?! Какой день! Я вообще должна рис… работать!

— Пропустишь денек и не помрешь!

— Ну, все. Я обиделась!

— А то расскажу твой маленький секрет.

Кити открыла рот. Пошевелила губами. Это она сказала слово, но без звука. Юми кивнула головой. "Да-да. Он самый!".

— Нет-нет! Я полежу!

Кити вдруг опомнилась и спрятала руку с меткой. Тару, как бы это не казалось странным, метки не заметила. Мичи до сих пор меланхолично заматывал левую кисть.